Королевская кровь 10. Стальные небеса

— Я хочу все помнить, — жалобно проговорила Каролина, умоляюще глядя на собеседника. Тот покачал головой, проводив взглядом упавшего им под ноги солдата.

— Это не моя прихоть и не попытка что-то скрыть, дитя. Такова твоя суть. Твой мозг поглощает во время видений такой объем информации, что способность забывать — это способ не сойти с ума. А теперь сосредоточься. Я могу тебя вывести и без твоего участия, но, если ты сделаешь это сама, в следующий раз получится куда проще, даже при том условии, что ты не будешь этого помнить.

Принцесса, вздохнув и бросив хмурый взгляд на полосатого Вея (тот сидел, задрав голову и всей фигурой показывая безразличие), закрыла глаза.

— Хорошо, — вкрадчиво и тихо говорил тигр, — вдохни глубоко и выдохни. Пауза. Вдохни… и выдохни. Расслабься, отстранись от звуков боя. А теперь представь, что в центре лба у тебя против часовой стрелки крутится спираль. Последи за ней. Выход из транса очень прост, но чем глубже ты ушла, тем дольше надо подниматься по спирали. И наоборот, если хочешь погрузиться, надо спускаться по спирали… хотя этому я научу тебя потом. Представила?

— Угу, — откликнулась Каролина, которой очень хотелось открыть глаза.

— А теперь ощути, что у тебя под правой рукой. Пошевели пальцами.

"Там же ничего нет" — хотела возмутиться младшая Рудлог, послушно перебирая пальцами, когда вдруг почувствовала под ними гладкое прохладное дерево и немного жесткой ткани… Пахло чем-то восхитительно-нежным… мозг вдруг перестроился, да так резко, что закружилась голова, и Каролина словно с высоты рухнула в плотное безмолвие, которое укрыло ее с головой, уводя в сон.

— …неужели нет никакой альтернативы? — услышала она сдержанный голос Ангелины. — Я не представляю, как смогу оставить ее здесь. Даже с отцом. Фактически это заключение на несколько лет.

— Не меньше шести, — мягко ответил ей кто-то мелодичным голосом. Говорили на рудложском. — Юная тамиянь сейчас на грани реального и нереального, сознание ее нестабильно и не умеет еще защищаться от ментальных всплесков. Каждое новое погружение будет серьезнее и глубже предыдущего. И однажды ты просто не успеешь привезти твою сестру сюда. Она сгорит раньше.

Каролина, понимая, что говорят о ней, попыталась открыть глаза. Но веки были словно налиты свинцом, и губы не слушались. Попыталась дернуться, пошевелиться: тело закололо электричеством. Не больно, очень приятно — и тут принцесса вспомнила, как похоже покалывало кожу у ворот обители Триединого, как затем начало все расплываться в глазах, а руки — трястись так, что невозможно было удержать кисть. Как она испугалась и пыталась позвать на помощь, но не смогла открыть рот… и последнее, что запомнилось, — ярко-синий мазок на наброске, идущий вниз.