Космический маршал. В шаге от победы. Часть 1. Затянувшийся прыжок

 — Кому нужна его жизнь?! Тому, кто придет к власти после Ильдара?!

— Незаметно, чтобы она была нужна вам, — поднимаясь, произнес вдруг Даудадзе. В голосе звучало сожаление…

— Мне?! — мне вполне хватило сил, чтобы удержать полковника, перехватив его за руку. — А вам нужна жизнь того жреца, который сделал с вами вот это…?! — сжимая его запястье, кричала я. — Вы не мечтали увидеть, как его труп будет лежать у ваших ног?! — Тяжесть в груди пробивалась болью, но для меня она была где-то там… вне меня. — Вы разве не хотите почувствовать себя живым?!

Он продолжал молча смотреть на меня… Все такой же отстраненный, все такой же собранный…

Я же, обессилев, отпустила его руку, откинулась на высоко поднятую подушку и прошептала… не обреченно, не сдавшись на волю обстоятельств:

— Они просто отдали меня ему… Потому и тянули со Скорповски…

Минута тишины и… Даудадзе прищурился, глядя на меня с сомнением:

— Орлов, — вымотано прошептала я.

— Что? — склонил он голову, разглядывая меня, словно лишь теперь увидел.

— Это была сделка, — презрительно выдавила я из себя. — Догадалась поздно. — Вздохнула… так же медленно выдохнула.

Усмехнулась… Получилось без горечи, просто… принимая ситуацию. — Помогите мне сесть… пожалуйста…

Он поднялся… посмотрел на меня сверху вниз… наклонился…

Обхватив его за шею руками, прижалась, насколько это было возможно, прошептала в самое ухо… жестко, упрямо:

— Останешься с нами… — не предложением — фактом, произнес он.

— Нет! — твердо отрезала я. И повторила, чтобы уже совсем безоговорочно: — Нет!

Отдирать меня Даудадзе не пришлось — силы не равны, он просто отстранил, удерживая за плечи.

Такого ответа полковник не ожидал.

Нет, не так. До этого мгновения он допускал, что все мои выходки были лишь игрой, теперь…

— Почему? — в его голосе слышался искренний интерес.

— Почему? — переспросила я, заставляя себя держать спину ровно. — Потому что я больше никогда и никому не подчинюсь. Лучше — смерть!

Высказаться на эту тему Даудадзе не успел. Дверь приоткрылась, в комнату заглянул Кокорин. Окинул нас насмешливым взглядом:

— Пикантно… — хохотнул он, но внутрь не вошел. — Не любишь ты, полковник, простых решений… — добавил с издевкой. — Лучше держись от нее подальше…

— Это все? — на мгновенье посмотрел на него Даудадзе, продолжая поддерживать меня за плечи.

Голос мертвый, холодный… — Разберусь… — Он дождался, когда дверь вновь закроется, усадил меня на диван, сам присел на корточки напротив. — Говоришь, лучше смерть?

— Да, — совершенно спокойно ответила я. — И лучше это произойдет здесь и сейчас, чем…

Он сдернул меня рывком, прижал к ближайшей стене… Ярость клубилась в его глазах, выплескивалась, разъедая его маску, заставляя ее плавиться, таять…

— Я.