Курица в полете

— А я уже поговорила, и она согласилась! — засмеялась Люба. — Значит, мы вас ждем!

— Люба, а Воронцов будет?

— Боюсь, что нет. У него же мама в плохом состоянии… Он от нее почти не отходит, хочет отменить или по крайней мере отложить экспедицию, так что… А ты как хотела бы, чтобы он был или нет?

— Не знаю, мне, наверное, все равно.

Ох нет, тебе не все равно, подумала Люба с сожалением. Ей было жалко Эллу — Воронцов ей не пара.

— Любаша, ты хочешь, чтобы я что-то приготовила?

— Боже упаси! Я пригласила профессионального повара из ресторана. Ты что, думаешь, я тебя из-за пирогов или форшмака приглашаю? Имей в виду, если ты явишься с какими-нибудь яствами, я просто обижусь. А вот если как-нибудь еще позовешь нас на вкусненькое, буду рада. Все, я хоть и не готовлю сама ничего, но дел по горло!

Какая она все-таки хорошая баба, растрогалась Элла. И стала думать, что надеть на Новый год.

И ничего подходящего не обнаружила. Может, поехать купить что-то в магазине «Пышка»? Да ну, лень. Еще надо приготовить фаршированную рыбу… Тоже лень, но надо, я обещала. Хорошо, что карпы уже куплены. Она решительно поднялась и пошла на кухню. Включила радио. И опять услышала песню, от которой уже готова была лезть на стенку: «Девочкой своею ты меня назови, а потом обними, а потом обмани…» Бред какой-то… Не говоря уж о рифме… Ей казалось, что эта песня лезет из всех щелей.., и у песни есть мордочка.., мордочка Зои Звонаревой… У меня что, совсем крыша съехала? Почему-то сегодня фаршированная рыба далась ей очень тяжело, как никогда раньше. Хорошо, что больше ничего готовить не надо. Любашка благородно от всего отказалась. Ее вдруг зазнобило, затрясло. Господи, неужели грипп, свирепствовавший в Москве, ее все-таки настиг? Она померила температуру. Тридцать девять и пять. Ни фига себе! Вот вам и Новый год! Надо срочно что-то делать! Она наглоталась каких-то таблеток, выпила фервекс и легла в постель. Надо бы позвонить Машке и предупредить, что я не приду завтра…

И рыбы им не будет. Я готовила ее уже больная вдрызг, Машке сейчас нельзя заражаться…

— Элка, — чуть не плакала Маша, — Эллочка, ну что же это? У тебя лекарства-то есть? Может, как-нибудь встряхнешь себя, а? Соберешь волю в кулак?

— Машка, мне и собирать нечего, какая там воля. Мне только спать охота. Сил нет ни на что!

— Я завтра утречком к тебе заеду, привезу что нужно!

— Не вздумай! — закричала Элла. — Тебе нельзя! Я прекрасно обойдусь. У меня полно фаршированной рыбы!

— Да, наверное, мне лучше держаться подальше… Но к Махотиным я одна не поеду.

— Ну и зря, у них приятно. Передай им привет и поздравления, у меня самой нет сил звонить.

— А я тебе все равно в полночь позвоню! Ты ж, наверное, будешь телевизор смотреть?

— Не знаю, ладно, подруга, не могу больше говорить.