Матабар. II

А Арди все гадал — зачем она здесь нужна…

Отойдя в сторону, юноша развернул полотно и не пожалел, что потратил немного денег. На поверку система помещений Большого оказалась весьма запутанной.

Как и предположил юноша, каждое здание имело свой номер. Но они, кажется, не присваивались по системе «справа-налево» или «слева-направо», а выдавались строго в момент постройки. Так пятое здание могло соседствовать со вторым, а четвертое с девятым. Потому что, несмотря на близость друг к другу, построить их могли совсем в разные годы.

Сам же небоскреб или, как он назывался на карте «Главное Здание», обладал значением — «1».

Каждый этаж имел собственную цифру, идущую первой. К примеру, у комплекса «Биология и Алхимия» их имелось «всего» восемь; у «Инженерия» три, а у Главного — пятьдесят семь.

Ну и, как нетрудно догадаться, последние две цифры — номер аудитории.

Март рассказывал, что частенько молодые юноши и девушки пытались пробраться друг к другу, чтобы… понятно, чтобы что. В итоге это порождало множество историй. Забавных и нет.

Вызвать кого-то на смертный поединок, де-юре, все еще было возможно, если стребовать у Магистрата секунданта, но, по рассказам Марта, те любыми возможными способами откладывали назначение, и дуэлянты могли ждать едва ли не нескольку лет.

За такой срок абсолютное большинство отзывали свои заявки и решали вопрос в куда более мирном русле.

По дороге к четвертому зданию, следовавшему аккурат за девятым, Ард краем уха прислушивался к разговорам идущих рядом студентов.

— Я слышала Конвел сразу же на первом занятии любит спрашивать правила общей теории, — причитала одна из девушек, на чьих плечах красовались звезды с тремя лучами.

— А мне Лиза рассказывала, что он женоненавистник и терпеть не может девушек-студенток!

— Твоя Лиза просто пыталась сдать ему экзамен не при помощи мозгов, а до пошлости откровенного декольте! Конечно, он её завалил.

— Но не в том смысле, в котором она надеялась!

Девушки засмеялись и поспешили пройти внутрь здания Инженерии. Ардан же, поблагодарив предков за тонкий слух, вошел следом.

Внутри главное здание создателей артефактов и новых печатей выглядело весьма и весьма… внушительно.

Не в плане размеров, а, скорее, внутреннего убранства. Пол здесь не менее дорогой и блестящий, чем в атриуме главного здания, разве что не из мрамора, а деревянный.

На стенах, вместо гобеленов и ковров, висели многочисленные портреты выдающихся деятелей, вышедших из стен этого заведения. На фотографиях они получали высокие награды, пожимали руки знатным и известным людям или же позировали вместе со своими изобретениями.