Матабар. II
Теперь, после пояснения Елены, многое становилось понятно и уже не так обидно за едва не отбитый палец на ноге.
И тут юноша вспомнил слова Марта, озвученные тем при оценке печати Щита.
— А что значит — векторы печати?
Брови Елены опять поползли вверх.
— Это уже сложнее, Ард, — ответила она не сразу. — Векторы в рунных массивах — это тема, которую не разбирают в профильных школах. Да и на первых курсах тоже… То, что я помню из уроков по общей теории звездной магии — векторы являются направлением тока Лей-энергии внутри самого узелка. Лей ведь не статична. Так что печать тоже должна двигаться.
— Получается, — решил подвести итог Ардан. — Есть правила, формирующие саму печать. Есть руны, которые определяют свойства печати. И есть векторы, которые задают движение энергии внутри печати.
— А почему, кстати, используется алфавит Фае? — спохватился Арди.
— О, в этом, как раз, ничего сложного, — махнула рукой Елена.
Такого Ардан от Атта’нха не слышал, но он ведь и не спрашивал откуда взялся язык, которому его обучила волчица.
— Есть легенда, очень грустная, Ард, что некогда, почти тысячу лет назад, на восточном материке существовало королевство, которое захватили соседи. И простой пастух отправился в путешествие, чтобы найти силу, которая поможет ему отомстить захватчикам, — Елена сложила приборы на тарелке и поставила ту на поднос. — Он долго странствовал, пока не добрался до северного пика гор Селькадо, в честь которых названа Лига. И там он встретил умирающего дракона, которого спас. В благодарность тот попытался научить пастуха искусству Эан’Хане, но, спустя много лет, заметил, что пастух уже почти состарился, а искусством так и не овладел.
— А что стало потом с пастухом?
— Попрощавшись с драконом, он отправился в обратный путь, по дороге делясь с тем, кого находил достойным, своими знаниями, — Елена поднялась с места и взяла в руки поднос. — Но вернуться на родину так и не успел — умер от старости.











