Матабар. II

Если вы, к примеру, потратили все силы, чтобы поставить щит, но противник смог его сломать и у него остались лучи — он победил. Если же вы, потратив все силы, смогли сломать щит противника, а у него уже не осталось оных, чтобы поставить новый — победили вы. Средства восполнений лучей — запрещены. Членовредительство — запрещено. На время поединка полигон не будет восстанавливать ваши силы.

Все это Ардан уже знал. Хорошо запомнил в прерии, когда бился с Глебом Давосом. И, может, именно поэтому перед его внутренним взором всплыли разметавшиеся волосы, побитые сединой, удивленный взгляд остекленевших глаз и мозги, разлетевшиеся по низкой траве.

Арди, после тех событий, еще долго вспоминал произошедшее и пришел к выводу, что кажущийся, на первый взгляд, простым поединок, включал в себя куда больше аспектов.

Победить в нем можно не только размахивая посохом и сжигая лучи, но и используя тактику и стратегию. Но все это, разумеется, Ардан не собирался сегодня применять.

— Вы, учащийся Эгобар, — Кштовский повернулся к нему и указал открытой ладонью на Великого Князя. — Будучи вызванным на поединок имеете право выбрать очередность.

Вы будете первым ставить щит или взламывать его.

— Ставить, — без раздумий ответил Ардан.

— Принято, — кивнул полковник и сделал шаг назад. — Тогда, начнем.

Ардан, открыв книгу, чем вызвал волну осуждающих смешков, сделал вид, что некоторое время ищет печать щита. В это время Иолай, молча повернулся к студентам и картинно развел руками. Мол — смотрите, с кем приходится иметь дело.

Через едва ли не полминуты, Ардан «нашел» печать и начал медленно, порой сбиваясь, формировать её из энергии Лей, чем вновь заставил аудиторию засмеяться, а несколько помощников полковника и вовсе начали недоуменно переглядываться между собой.

Но Ардан утешал себя тем, что Скасти был бы вне себя от восторга, а вот Эргар… но это мысли завтрашнего дня.

Наконец Арди ударил посохом о землю и сформировал печать Универсального Щита, влив в неё всего один, единственный луч. Вокруг юноши замерцала привычная, мыльная пелена.

Он собирался закончить с этим фарсом как можно быстрее…

Полковник, видя происходящее, чуть нахмурился. Точно так же, на мгновение, нахмурился и Иолай. Да и студенты, при виде щита, несколько поутихли.

И не потому, что он выглядел как-то слишком уж крепким, а просто…

Просто они подтвердили догадку Арда о том, почему Глеб тогда использовал столько сил в первом же ударе. Печать Незнакомца была настолько кривой и старой, что у окружающих никак не получалось понять, сколько именно энергии в ней содержится.

Но не прошло и пары секунд, как Иолай, вновь расплывшись в неприятной, острой, как нож, улыбке, поднял посох. Перед ним сформировалась печать цвета мокрой стали.