Матабар. II

У его семьи денег, как у…

— Пойдем, — Аркар махнул дулом револьвера и, пригибаясь, перебежал на ту сторону улицы.

Огромные, железные створки для транспорта были закрыты, а вот относительно небольшая дверь, прямо внутри этих створок, оказалась заперта на самый банальный засов.

Аркар, в тишине, закусил второй револьвер за дуло и, достав из ножен за спиной длинный, широкий нож, аккуратно, не делая лишних движений, приподнял запирающий язычок.

Хотя, с другой стороны, у них ничего не собирались воровать.

— Соберись, парень, — едва слышно шикнул Аркар.

Полуорк, слегка приоткрыв дверцу, заглянул на территорию и, затем, пригибаясь, вернулся обратно к Арди.

— Около входа стоят двое, так что зайти тихо не получится, — процедил он. — Придется пробиваться с боем.

Ардан, на этих словах, слегка вздрогнул. Он резко вспомнил Давоса, Эллини, тех бандитов в поезде, Бальеро и недавнее происшествие в Императорском банке.

Ну почему, с момента как он встретился с Плащами, и месяца не проходило, чтобы вокруг него не умирали люди… и нелюди.

— В темноте видишь? — уже едва ли не привычным образом спросил Ардан.

— Хуже чистокровок, но силуэты разберу.

Аркар, в свою очередь, прикрыл глаза и произнес пару слов на языке орков.

— Ну, парень, погнали.

Уже не скрываясь, Аркар подошел к двери и толкнул её ногой.

— Кто разрешил работать в городе без спроса, залетные⁈ — выкрикнул он и, забегая внутрь, одновременно вдавил спусковые крючки. Прозвучали громовые раскаты и засвистели пули.

Внутри склада тут же послышались выкрики и, кажется, звон разбитого стекла. Ардан увидел, как с парапета, служащего внутри склада чем-то сродни балкончика, высунулись весьма низкопробные револьверы, зажатые в руках, облаченных в пальто не по сезону.

Ну, хоть в этих предположениях он не ошибся.

Пригибая голову и, инстинктивно, горным козликом отпрыгивая от тех мест, где в тротуар вонзались свинцовые конусы, он влетел следом за Аркаром во внутренний двор.

Около входа на склад хрипел, захлебываясь собственной кровью, держа ладонь у простреленной грудины, парень лет двадцати. Со вторым Аркар, у которого с правого бока стекала струйка густой, алой, с коричневатым оттенком крови, сошелся в ближнем бою.

Подбив руки оппонента с зажатым в них и, кажется, уже разряженным револьвером, Аркар обхватил голову противника и, прижав к груди, напряг все свои, в самом прямом смысле, нечеловеческие мышцы. Сперва раздался хруст, затем короткий крик, а после стены склада окрасил всполох крови и разлетевшихся мозгов.

Ардан, на мгновение отвернувшись, тут же чуть не пожалел о содеянном. Один из стрелков на парапете вновь выстрелил, и пуля обожгла левое бедро юноши.