Менталист

 — Разрешение на тайное наблюдение за электронными средствами коммуникации. Обычно это длительная процедура, и наш прокурор был вынужден действовать через суд. Но все прошло относительно безболезненно — возможно, с учетом специфики обстоятельств.

— И как долго будет действительно разрешение? — спросила Мина. — Что, если этот номер всплывет где-нибудь позже?

— Обязательно поговорю об этом с прокурором. Думаю, особых проблем не возникнет — с учетом, опять-таки, специфики дела. Но мы должны быть готовы к тому, что этот телефон давно валяется в каком-нибудь мусорном баке, разбитый вдребезги.

Сара завершила презентацию и приготовилась идти. С Рубеном пока все шло гладко, но она не спешила радоваться до того, как останется с ним в комнате один на один.

— М-да… — неожиданно произнес Рубен, как только Сара о нем подумала. — По большому счету эта «пауэрпойнт»-презентация ничего нам не дала. Наш герой может с равным успехом жить и работать на Кунгсхольмене — или где-нибудь в Норвегии.

— Не говоря о том, что все мы сейчас находимся на Кунгсхольмене, — подхватил Кристер. — Так, может, это кто-нибудь из наших?

Мина вошла в хорошо знакомое помещение, от которого уже начинала уставать.

То есть не от самого помещения даже, а от всей затеи в целом. Одни и те же люди каждый раз рассказывали одни и те же истории, сидели на тех же самых пластиковых стульях и пили все тот же противный пузырящийся кофе из бумажных чашек, закусывая безнадежно черствым печеньем.

Сегодня это были «малиновые пещеры» — она успели заглянуть в жестяную баночку на столе. Семь человек, которые пришли до Мины, конечно, не по одному разу перерыли содержимое жестянки, прежде чем выбрали себе по одному печенью.

Теперь Мина точно к ним не притронется, даже после обработки напалмом.

Сегодня в группе появились новые люди. Анны, Девушки с дельфином, которую искал Винсент, все еще не было. В дверь вошел Кеннет и кивнул Мине. Та поняла, что настало время непродолжительной светской беседы, и приготовилась.

— Как ваша жена? — спросила Мина и показала на термос: — Кофе?

— Ей лучше, спасибо, а кофе — нет, спасибо, — воодушевленно ответил Кеннет. — Вы сегодня такая разговорчивая…

Мина пожала плечами.

— Раз уж речь зашла о жене, — продолжил Кеннет, — она останется в больнице еще на несколько недель, и мне будет трудно управляться одному дома. Понимаю, что прошу слишком много, но раз уж Боссе у вас почти месяц, не могли бы вы оставить его до конца лета? Разумеется, я готов оплатить его содержание.

Мина так и замерла на месте, уставившись на Кеннета. Тот смотрел на нее умоляющими глазами, совсем как Боссе.

Она с трудом сглотнула, смачивая пересохшее горло.