Менталист
Рубен вздохнул и стер все, что было на мониторе. Иногда не отвечать совсем — лучшая стратегия.
В комнате для совещаний его уже ждали Мина, Кристер и Юлия. Педер, как всегда, спал за столом в углу. Щеки Юлии горели, словно она только что пробежала стометровку. Хотя, похоже, именно это она и сделала. Но фантазия Рубена не слышала доводов рассудка и продолжала работать в своем направлении. Он уже видел румянец на этих щеках при совсем других обстоятельствах. Тогда юбка на Юлии была гораздо короче, и Рубен лежал под Юлией, обхватив руками ее бедра. Он сел, не сводя с Юлии счастливого взгляда, который она совершенно игнорировала.
Рубен спрашивал себя, по какому случаю подняли тревогу. Последнее внеочередное совещание проводилось всего час назад, когда Мина проинформировала группу об эксгумации тела Агнес Сеси.
— Теперь нам известно, кто был в ящике с мечами, — объявила Юлия, встав во главе стола. — Тува Бенгтсон, двадцати пяти лет, проживавшая в Хегерстене. Ближайшие родственники — дедушка с бабушкой и трехлетний сын Линус. Родителей у нее нет, и давно, — добавила Юлия в ответ на удивленно поднятую бровь Кристера.
— Я немедленно отправляюсь в это кафе, — заявила Мина, прежде чем Рубен успел открыть рот.
Юлия задумчиво поджала губы. Она стояла, опершись руками о стол, и Рубен не мог не отметить про себя, каким симпатично округлым становится ее зад, когда она чуть наклоняется вперед.
— Ты уверена? — Она повернулась к Мине. — Ты на многое способна, но контакты с новыми людьми — не самая сильная твоя сторона, ты согласна? Тебе придется разговаривать с теми, кто еще не знает о смерти Тувы, и после тебя у них не должно возникнуть на этот счет никаких подозрений.
— Не говори так, Юлия.
— Хорошо, Рубен, ты меня убедил, — сказала Юлия. — Едет Мина.
Та кивнула, встала и быстро вышла из комнаты.
— Вы двое, — Юлия показала на Кристера и Рубена, которые тоже встали, — собираете информацию о Туве Бенгтсон. Идентификационный номер и другие персональные данные там же, где обычно.

















