Муассанитовая вдова

По идее, дожди должны были выпасть территориально раньше и не дойти столицы, но ось, как тяжелый маятник, отбросило в другую сторону, и у нас похолодало. Отсюда и ледяной дождь, и кислотный. Уже по предыдущим аномалиям я должен был догадаться…

Я потрясенно посмотрела на Льерта. Нет, я, конечно, представляла, что он зарабатывает в ангарах не совсем уж ерундой, но даже вообразить не могла, что такие вещи можно просчитать – с поверхности планеты, без специального телескопического оборудования и выхода в орбитальную инфосеть. Хотела спросить, где он получил образование навигатора, как вдруг под руками Льерта вспыхнуло оранжевое пламя, и помещение залил теплый золотистый свет танцующего огня.

На какую-то долю секунды наши взгляды встретились в отражении толстого каминного стекла. От мысли, что он мог заметить, как я откровенно на него пялилась, стало душно и жарко, вода в ванне показалась раскаленной лавой. Поскорее прибавила холодной и принялась тщательно смывать мыльную пену, не замечая жалящих ледяных укусов, – уши, щеки, шея и даже грудь горели, в ушах снова загромыхало. После озноба, колотившего меня еще полчаса назад, состояние казалось нереальным.

– Ух, а ты, оказывается, – протянула я, чтобы сказать хоть что-нибудь, – и огонь добывать умеешь! Я не нашла ни электроподжига, ни кнопки включения…

– Разводить костры нас тоже учили на практике. Кажется, на третьем курсе. А такой камин нам только на руку – и работает без электричества, и греет, и светит.

Что-то я слишком долго моюсь… Отжала волосы, привычно обернулась в поисках полотенца и хлопнула себя по лбу – здесь нет никакой материи, кроме моего мокрого платья.

Босыми ногами прошлепала мимо сидящего спиной к комнате мужчины и легла на одну из мягких шкур. Льерт, на слух определив мое перемещение, поднялся и пошел к ванне. Я отвела глаза.

Я уставилась на соседнюю шкуру, с нездоровым энтузиазмом рассматривая тонюсенькие шерстинки меха.

Проклятый слух улавливал каждый всплеск воды, каждое движение мужчины, смену веса с ноги на ногу… Как раскат грома прозвучал резкий вздох Льерта. Я слушала, как он моется, не отрывая взгляда от треклятой шкуры на полу, и представляла, как он намыливается, брызгает водой себе в лицо, зарывается пятерней в длинные разноцветные волосы, и они мокрым шелком рассыпаются по плечам и мощной спине.

Как растирает шею, а струи ветвистыми дорожками стекают по поджарому животу. Как жестко трет грудь, споласкивает руки и уже аккуратней промывает раненый бок, затем намыливает ноги и, конечно же, самое ценное у мужчины…

«Селеста, ты ужасна!» – твердил внутренний голос благовоспитанной цваргини, а я кусала губы и заново пересчитывала бесчисленные ворсинки.