Муассанитовая вдова

Разумеется, в приличном обществе такие вопросы не задают. Да вообще ни одна девушка такими вопросами не задается, ведь в личной жизни у нее все прекрасно… Опять же, с учетом строгих моральных правил Цварга признаться, что мужчина ведет распутную жизнь, – это крест на репутации и карьере.

– Мишель, я тебя не осуждаю, – устало вздохнула, – мне плевать, сколько и каких девушек у тебя было. Просто ответь на вопрос. Пожалуйста.

– Тур-Рин, – тихо ответил он, так и не подняв взгляда от рисунка на паркете.

– Что Тур-Рин? – переспросила. – Прости, но на других планетах я не была, Мартин не возил. Знаю из школьного курса, что Тур-Рин входит в Федерацию, там много казино и спа-центров.

– И домов с ночными бабочками… – буркнул приятель.

– Видимо, зоопарки тоже в числе развлечений.

Мишель издал какой-то нечленораздельный звук, что-то среднее между «ау-ы-ы» и «шварх».

– Селеста, речь идет не о выставке с тропическими насекомыми. – Он бросил на меня косой взгляд и выругался: – Гравитационный колодец! Не могу я так рассказывать! Сделай мне кофе, пожалуйста.

Я пожала плечами и отправилась к плите. О том, что Мишелю на самом деле нужно личное пространство и отсутствие пристального внимания, я догадалась, лишь повернувшись к нему спиной.

– Ночная бабочка – это… Так называют женщин, готовых заняться сексом за деньги. На Тур-Рине их много, на любой вкус, возраст, темперамент и расу. Поэтому Тур-Рин называют в первую очередь планетой развлечений. Цварги время от времени летают туда… расслабиться.

Понятно, почему Мишель стеснялся признаться. Дело не только в беспорядочной интимной жизни, но и в том, что он вынужден платить деньги за удовлетворение физиологических потребностей. Да, мало какой мужчина способен в этом признаться.

Задумчиво поставила турку на плитку. Какая-то скользкая мысль крутилась в голове брюхатой рыбиной и все никак не могла четко оформиться.

– А сколько стоят услуги ночной бабочки?

– И с каким женщинами цварги предпочитают заниматься сексом?

– Селеста! – буквально взвыл Мишель.

Я повернулась к нему, оценила красное от стыда лицо и полыхающие кончики ушей, торчащие из-под коротких взлохмаченных волос.

– Меня раса интересует. Мне это важно.

– Все разные… Эльтонийки красивые, но капризные, как правило, выбирают клиентов сами. Миттарки немного замороженные. Человеческих девушек мало, и они побаиваются цваргов, впрочем, как и многие другие гуманоиды. Ларчанки самые выносливые и общительные. Ну и смесков среди бабочек, разумеется, встречается много.

Раздумывая над словами затихшего друга, засыпала молотые зерна в турку и залила горячей водой.

– А на Цварге такие дома есть? – уточнила на всякий случай.