Неожиданный наследник 2 (СИ)

Но я прекрасно понимаю, что кроме природного дара, Трубецкая проделала немало трудов, дабы добиться подобного образа. Только на меня её ухищрения не действуют, хотя приятно общаться со столь любопытной девицей.

— Простите, не удержался. Всё пытаюсь вести себя скромнее, но из меня постоянно лезет какой-то дикарь, — отвечаю под журчащий смех княжны, — Да и некоторым господам не мешает услышать о себе правду. А то они излишне возгордились и так задрали носы, что окружающие видят их сопли.

Сначала в голубых глазах появилось непонимание, затем удивление и следом Екатерина громко рассмеялась, привлекая внимание косящихся в нашу сторону придворных.

— Я обязательно расскажу эту шутку подругам, — произнесла девушка, и наклонилась ко мне, прикрыв, губы веером, — Понимаю, что вам тяжело. Даже не знаю, как бы я чувствовала, окажись на вашем месте. Мы не были особо близки, но для меня это тоже потеря. Ведь не каждый год в высшем свете появляется женщина, бросающая вызов обществу.

Ладошка княжны сжала мою руку, а её глаза смотрели серьёзно без всяких смешинок.

— Вы всегда можете рассчитывать на мою поддержку. И не забывайте, что приглашение в силе. Литературный салон вскоре откроется, и мы с нетерпением ждём дорогого гостя. Скажите, это правда, что прусской королеве понравились ваши сказки? Может, вы прочитаете нам свои любимые.

Я совершенно запутался в словах Екатерины Петровны. То она выразила мне поддержку, тронув до глубины души, и тут же начала обычную светскую беседу. Поэтому я стоял, хлопал глазами и ничего не понимал. Добившись своего, девушка подарила мне ещё одну улыбку и медленно пошла в сторону ожидающей её компании.

Хочу надеяться, что слова об Анне произнесены искренне, а не по настоянию отца Трубецкой. Уж больно Пётр Никитич меня обхаживал до поездки в Гессен. Вот и сейчас последовало новое приглашение. Как же мне тяжело! А ещё тоскливо на душе, хоть волком вой. Ранее прекрасная графиня служила отдушиной и одновременно защитой, объясняя мне тонкости придворной жизни. И она просто была, а сейчас её нет.

Я уже думал, как незаметнее ускользнуть с неприятного приёма, как передо мной появился новый собеседник. Причём совершенно неожиданный. Если бы им оказался французский или австрийский посол, то я не удивился. А вот поляк, который мне даже не представлен, сразу вызвал любопытство.

После положенных приветствий пан Ржевуский перешёл к делу. Вернее, он так считал исходя из канонов куртуазности.

— Позвольте поздравить вас с предстоящей женитьбой, Ваше Высочество. Представительница гессенского дома — достоянная партия!

Он издевается? Или так принято? Я-то незнаком с дипломатическими хитросплетениями. Видно, почуяв моё раздражение, посол задал волнующий его вопрос.