Неповторимый

Нанятые им люди прочесали все поезда, корабли и дилижансы, но так и не смогли отыскать девушку по фамилии Конор, да и вообще ни одной молодой особы, путешествующей в одиночестве. Как же ей это удалось? Сколько Дилман ни ломал себе голову, так и не догадался, но в одном он был уверен – она обязательно пошлет за сестрой. И вот как только Сабрина отправится к ней…

Да, она уже не ребенок, но так и не поняла, с кем вздумала бороться.

А когда они встретятся…

Убить девчонку будет куда легче, чем ее благородного отца.

Губы Дилмана расползлись в довольной усмешке. Наверху. Если сестры переписывались, то вся корреспонденция должна быть спрятана наверху.

Он принялся хохотать.

Полчаса спустя он уже разрабатывал план собственного путешествия.

Ему понадобится помощь? Нет проблем, ведь он сенатор. Пусть сейчас уже поздно, но всегда можно сослаться на только что полученную срочную телеграмму, якобы требующую его непосредственного участия. Если он способен что-то сделать, чтобы помочь стране в разрешении сложной ситуации на западе, возникающей с индейцами сиу, то должен действовать, не задумываясь об опасностях, сопряженных со столь ответственной миссией.

Этой ночью он спал отменно.

Заснуть помогли мысли о мести, о возможности проучить непокорную девчонку.

И да поможет ему Господь! Он ее отыщет. Скоро, очень скоро…

Ястреб, похоже, мог вообще обходиться без сна. Когда Скайлар проснулась, он уже встал, умылся, оделся и поджидал ее пробуждения за чашкой кофе. Вчерашний вечер завершился изысканной трапезой, состоящей из шампанского, фруктов и сыра. Скайлар по-настоящему так еще и не отдохнула.

Чего о Ястребе сказать было нельзя.

Нетерпение сквозило в его взгляде. Больше ждать, когда она соизволит открыть глаза, Ястреб не мог, а потому встал и направился к ней. Забыть способ, каким он поднял ее вчера утром, было невозможно, и, чтобы избежать повторения весьма болезненной процедуры, Скайлар перекатилась на другой край кровати, подальше от него.

– Утро настало тогда, когда мы легли спать. Сейчас оно в самом разгаре, так что пора двигаться.

– Ох, – простонала она и перевернулась на живот, сладко закрыв глаза.

Непростительная ошибка! Похлопывание, весьма далекое от того, чтобы назвать его нежным, пришлось по ее аппетитной попке.

– А по-другому нельзя? – возмущенно взвизгнула Скайлар и пружиной сжалась на постели, схватив в охапку подушку.

– Зато действует безотказно.

– Вот я как-нибудь продемонстрирую тебе, что это такое.

– Мне это не грозит, я ранняя пташка. И поскорее хочу отправиться в путь. Слоан и Ясень и так, наверное, уже заждались.

– Подумаешь! Что им беспокоиться, мы ведь в цивилизованном месте!

Глаза, только что смотревшие едва ли не с нежностью, тотчас похолодели.