Неповторимый

Скайлар едва ли сознавала, что ее оторвали от пола. Голова у нее закружилась: должно быть, индеец вылил в ее кружку никак не меньше полбутылки виски, когда наполнял второй раз. Смелости это ей придало, кто спорит, вот только руки и ноги отчего-то стали ватными.

– Прекратите сейчас же!

Голос индейца доносился словно через какую-то пелену. Она плохо понимала, чего он от нее хочет. Истерично всхлипывая, она яростно колошматила широкую грудь, и страх вперемежку с яростью подбадривал ее.

Скайлар болтала ногами в воздухе, чувствуя себя так, будто летит, и тут же ее снова уронили на постель. Индеец бедром придавил ее ноги, а руки завел за голову, чтобы не дралась. Скайлар с трудом переводила дух, стараясь успокоиться. Халат ее распахнулся, впрочем, как и его.

– Пожалуйста, прошу тебя!.. – выдохнула Скайлар, с новой силой принимаясь выкручиваться и отталкивать индейца от себя. Меховое покрывало и простыни давно сбились. Обнаженные тела сплелись в одно целое. Скайлар чувствовала, что сердце ее стучит все громче и громче, как тяжело становится дышать.

Громкий стук… Это совсем не сердце. Стучали в дверь хижины. И вот дверь внезапно распахнулась.

– Ястреб? – позвал встревоженный голос.

Индеец, придавивший Скайлар к кровати, пошевелился, услышав свое имя. Она заглянула через его плечо и увидела в дверном проеме двух мужчин.

Двух мужчин в форме.

Один совсем молоденький, волосы песочного цвета, лицо гладко выбрито; другой постарше, с посеребренными сединой» бакенбардами и тщательно ухоженными усами.

О Господи! Кавалерия! Они уже здесь!

Скайлар пронзительно вскрикнула.

– Ах ты Боже мой, прости, Ястреб! – проговорил седовласый. Он ткнул своего приятеля в ребро, и тот залился густым румянцем. – Он сейчас занят! У него дама!

«Занят… дама…» – звенело в голове Скайлар. И вдруг она поняла: они подумали, что…

– Нет! – громко вскрикнула она.

Индеец не только не встал, а прижался еще сильнее, так что Скайлар чувствовала его дыхание на своих щеках.

Сейчас, вот только наберет в легкие побольше воздуха и закричит что есть сил. Но в этот момент стыд горячей волной захлестнул ее. На ней же совсем ничего нет, тот дикарь… все выглядело так…

Скайлар с ужасом смотрела в странные зеленые глаза, в которых прыгали сейчас веселые чертики. Глаза его так близко от ее глаз…

– Тише, тише, – успокаивал индеец притворно мягким голосом. – Дорогая, солдаты – люди воспитанные, уверен, они ничего не скажут.

– Солдаты ничего не скажут? – взорвалась Скайлар. – О Боже, да они… – начала она, но дикарь не дал закончить, сдавив ее так, что невозможно было вздохнуть.

– Дорогая, прошу тебя. Не нужно сердиться. Все будет хорошо. Тише… – Голос его перешел в шепот, и губы коснулись ее губ.

Он поцеловал ее, сначала ласково, потом требовательно.