Неповторимый

– Да он же, как нетерпеливая лошадь, уже грызет удила от желания броситься в очередную кампанию против индейцев сиу, – возразил Ястреб.

– Ну, не надо всю вину за то, что происходит с индейцами, валить на него.

– Он солдат, а солдату нужны победы. Равно как Бешеной Лошади как воину необходима война.

– Вот-вот, очередная кампания – и так до бесконечности. Кастеру мир не нужен, – стоял на своем Ястреб. – И мне не по душе его методы. Он… – Ястреб замолчал, качая головой.

Джордж Армстронг Кастер, Оти, как называли его друзья и родные, обожал откалывать шутки в Вест-Пойнте, жестокие шутки.

Он мог, например, снять скальп с белки и подбросить Ястребу на подушку. Ястреб отвечал на насмешки тем, что старался обойти Кастера в учебе, зная, как он честолюбив. В состязаниях по стрельбе, по искусству верховой езды – везде Ястреб был первым. Но Кастеру, казалось, не было дела до того. По остальным предметам ему не было равных, и Ястреб не мог не отдать ему должного. Что касалось поведения, то здесь Кастер примерностью не отличался, предупреждения так и сыпались, но каким-то образом ему всегда удавалось избежать наказания.

К чести для него, следует сказать, что сторонником войны он никогда не являлся, хоть и понимал, что военному человеку карьеру в мирное время сделать нельзя. Необходимость убивать воевавших за интересы Юга вызывала у него глубочайшее сожаление.

Первое их серьезное столкновение произошло как раз во время войны. Оба были молоды, оба командовали кавалерийскими частями. Случалось так, что их пути пересекались, когда бои шли в долине Шенандоа. Кастер, доведенный до бешенства вылазками налетчиков полковника конфедератов Мосби, захватил нескольких солдат в плен и приказал повесить.

Приказ был отдан и приведен в исполнение. На этот же участок боевых действий был послан и Ястреб. Он ужаснулся, узнав о происшедшем. Война есть война, возразил ему Кастер. Конфедераты, не задумываясь, повесили бы его самого. Но Ястреб, убежденный, что подобное происходить не должно, не желал его слушать. Храбрые воины южан, отстаивающие свои права, не должны умирать позорной смертью. В тот момент и пришло осознание, насколько разные позиции они занимают. Кастер не оставил своих насмешек, ему доставляло огромное удовольствие напоминать Ястребу, что течет в его жилах кровь индейца сиу, а потому ему тоже не стоит увлекаться, чтобы как-то невзначай не снять скальп с кого-нибудь из конфедератов, захваченных в плен.

Встречались они и позже, и довольно часто. Со временем Ястреб понял, что Кастер, по сути, так и остался ребенком. Честолюбию его не было предела, но в честности его сомневаться не приходилось, как и ставить под сомнение отвагу.