Новый мир. Зима

Артём всю дорогу подкалывал меня

- Едет богатый жених с выкупом, с невестой на борту и главным сватом в придачу, а еще и оленем в нагрузку, - я тихо улыбался его словам, и перемигивался с Джи, хотя она и Раха ни слова не понимали: Тёма говорил на русском, чтобы не обидеть будущих родственниц.

К поселению приплыли после полудня второго дня. Нас встречала внушительная толпа соплеменников Джи во главе с вождем и каким-то сильно на него похожим мужчиной, весь вид обоих аборигенов выражал крайнее недовольство:

- Почему так долго? Я уж испугался, что больше никогда не увижу свою племянницу! - грозно рыкнул он, - мы уже собрались плыть к вам и отвоевать наших женщин!

- Тише ты! - фыркнула на него Раха, махнув рукой, - не голоси! Живы мы и здоровы, травы на зиму насобирали, теперь простуда не страшна будет.

Отведя Лиса и его брата (отца Джины), о чём-то с ними заговорила. И только после беседы с Рахой настроение у Лиса улучшилось и он пригласил нас в своё селение.

В отличие от папы Джины. Тот продолжал сверлить нас хмурым взглядом. А точнее меня.

Сватовство прошло в напряженной обстановке: отец Джины не хотел даже слушать об отъезде любимой дочери, всё настаивал на том, что мне нужно остаться жить у них.

- Сергей вождь и не может бросить своё племя, - вдруг заговорил всё это время молчавший Артём. Его слова заставили отца Джи замолчать, тот явно задумался.

После раздачи богатых и невиданных в этом мире подарков, Ару (отец Джи), подержав в руках охотничий нож в богатых ножнах, всё же согласился отдать за меня свою дочь.

Затем был пир, на котором мы все с удовольствием отведали молодого оленя; отец и мать Джи нас благословили и на этом брачная церемония считалась состоявшейся.

Танцы вокруг костра, странные гортанные песни — всё это запомнилось смутно: мне не терпелось схватить Джину в охапку и унести её подальше от веселящейся толпы.

Ночь провели в выделенном нам отдельно дереве, Артёма увели в другое место, а я наконец остался со своей красавицей женой наедине.

Позавтракали вчерашним мясом оленя и свежеиспечёнными лепёшками из муки грубого помола. Нам даже подали немного дикого мёда.

Ели с удовольствием и слушали разговоры местных.

Крики, донёсшиеся до нас, взбудоражили и мы все повскакивали со своих мест, суматошно оглядываясь по сторонам.

Источник шума нашёлся практически мгновенно: на окраине стойбища появились бегущие к нам фигурки людей, она мчались так быстро, как могли, но преследователи нагоняли их и шансов спастись у бедолаг с каждой секундой становилось всё меньше - варкалаков явно были стремительнее.

Мы, недолго думая вскинули ружья, что держали всегда под рукой ни на мгновение с ними не расставаясь – этот мир не способствовал халатному отношению и небрежению к собственной безопасности.