Новый мир. Зима

Я промолчал, глаза чуть заслезились от царящей здесь вони.

Пещера оказалась небольшой: метров десять в длину и три-четыре в ширину, в высоту около трёх; весь пол пещеры был густо завален костями разного «качества»: от совсем старых, на которых не осталось и кусочка плоти, до свежих с остатками мяса.

- Боюсь представить размеры того, кто здесь обитает, - пиная внушительного размера череп какого-то местного парнокопытного, заметил Артём.

- Пойдём, выйдем, - отозвался я, шагая к выходу, сил находиться в логове хищника уже не было.

От пещеры отходила по карнизу цепочка следов, оставленных огромными лапами неизвестного нам зверя.

- Наверное, мы всё же его согнали шумом генератора и перфоратора, - сам себе кивнул брат, осматривая следы.

- Лишь бы не вернулся в самый неподходящий момент, - ответил я.

- Он вернётся, - убеждённо заявил Артём, - удобное жилище и привычное. Я даже более, чем уверен, что он не так далеко отсюда и ушёл. Выжидает, когда страшные звуки прекратятся.

- Пусть возвращается, - решительно ответил я, оглядываясь, — это лучше для нас: чем быстрее мы ликвидируем опасность, тем быстрее начнем осваивать окрестности; смотри, какая красота внизу, какие просторы, аж дух захватывает!

И это было правдой.

Мы оказались внутри невероятных размеров долины, окружённой неприступными скалами, пики которых белели в вышине, как оскаленные клыки местных волков. С нашего места конца долины даже видно не было.

Глядя в бинокль, можно было рассмотреть небольшие стада каких-то животных, неспешно прогуливающихся у кромки тёмного густого леса. Он, покрытый снегом, внушал трепет и желание отправиться на разведку.

- Красота! – согласился со мной Артём.

– Идеальное место для жизни. Скалы – лучшая защита от мерзких йети.

- Вот только в этой пещере наше племя не поместится, да и воняет она изрядно, даже если вычистить, запашок далеко не сразу выветрится.

- Согласен, не поместимся, и пахнуть будет неприятно ещё очень долгое время.

Я, убрав бинокль, предложил:

- Давай подежурим пару ночей с нашей стороны прохода, и если зверь вернётся, попытаемся пристрелить с безопасного расстояния.

- Да, давай, - согласился я.

Зверь пришел в первую же ночь и то мы его прозевали: вчетвером с комфортом устроившись напротив пролома с другой стороны пещеры, попивали при свете небольшого костерка травяной отвар, который по привычке называли чаем.

Как метнулась бесшумная чёрная тень я заметил краем глаза.

- Ааа! – заголосили мужики.

Мы с братом подхватились, вскинули ружья. Пещерный лев, чья голова прошла в рукотворный разлом, ревя и беснуясь, скребя пол внушительными когтями, пытался втиснуть ещё и тело, которое застряло. Из пасти дохнуло смертью, глаза горели жаждой убийства нас, такой лакомой добычи.