Опер. Под гнётом власти

Сейчас бы имела побольше опыта.

В камере стало холоднее. Вернее, ей так казалось, потому что термометр на противоположной стене показывал вполне сносную температуру. А Лизу колотило, будто в ледяную прорубь окунулась. Тот равнодушный взгляд Андрея словно заморозил её, лишил тепла и согревающей измученную душу надежды. И хоть она понимала: не мог он по-другому; но усмирить свою мнительную натуру теперь не могла. Что, если этот прокурорский прижал его, и теперь Андрей не сможет защищать Лизу? Ведь нет у них любви. Секс был, даже хороший. Но ради постельных утех никто не станет жертвовать своей карьерой. Андрей ведь сам говорил, им проще посадить её в тюрьму и закрыть дело.

Эх, в окошко бы выглянуть, воздуха свежего вдохнуть. Увидеть пролетающие снежинки и постоянно куда-то спешащих людей. Почувствовать себя частью этого мира. Не быть одинокой хотя бы пару минут. А ещё очень хочется сейчас быть рядом с Сашкой… Он ведь маленький ещё, совсем один там, среди чужих людей.

Щеки стали влажными от слёз, внутри всё перевернулось, стоило представить братишку в белой страшной палате. Такого мелкого, испуганного… Интересно, он хотя бы пришёл в себя? Ухаживают ли за ним там?

Услышав шаги, встрепенулась, подняла голову с надеждой и… Снова мимо. Это не Андрей. Тот же дежурный, что водил её на допрос. Сейчас он выглядел каким-то всклокоченным, нервным. Быстро провернул ключ, открыл ненавистную клетку.

– Опять? Снова к Андрею… Константиновичу?

Но он не посчитал нужным ответить, застыл с каменным лицом. Что происходит? Снова допрос? Или, быть может, Андрей теперь один, и они смогут нормально поговорить?

Вышла из камеры, позволяя дежурному взять себя за локоть. Это даже хорошо, что Андрей снова вызвал её. Она расскажет ему о том мужчине и попросит перевести её в общую камеру. Уж лучше сидеть со всякими отбросами, чем одной, в этой жуткой одиночке. Всё чаще у неё возникало премерзкое ощущение, что за ней там кто-то наблюдает. Жуткое чувство беспомощности и липкого, склизкого страха.

Когда дежурный повёл её в противоположную сторону, обернулась назад, с надеждой посмотрела на дверь кабинета Андрея. Повернулась к дежурному и, поймав на себе его сочувствующий взгляд, поникла.

Увидев того самого мужчину, что уже приходил к ней, обомлела. Кто это? Почему её приволокли к нему, если дело ведёт Андрей? И чего он пялится на неё так, будто хочет сожрать? Какой же всё-таки неприятный тип…

Дежурный отпустил её локоть, и позади закрылась дверь. У Лизы же возникло ощущение, будто её в клетку к дикому зверю забросили. Такое же ощущение было и тогда, когда он приходил к ней сам.

– Здравствуй, Лиза, – приторно ласково произнёс мужчина, отчего девушку едва не вывернуло наизнанку. Вот бывают же люди, которые вызывают яростное отторжение.