Операция: «Украсть душу»

Тино-фей совершенно неожиданно после своего, на мой взгляд, хамского поведения, досадливо извинился:

– Прости, после потери Души любое сообщество лишается права и возможности что-либо менять под себя. Остается на общих условиях и с тем, что успел добыть или заработать до этого печального события. Поэтому здесь было прохладно.

Я натянуто улыбнулась, давая понять, что понимаю и не осуждаю за доставленные неудобства. Во-первых, мы жизненно, причем буквально, зависим теперь от доброй воли феранцев, от их помощи и защиты. Во-вторых, почему-то мне понравилось смотреть в удивительное лицо Тино-фея со светящимися желтым светом глазами.

И ощущать исходящий от феранцев стойкий флер уверенности и спокойствия. Может, конечно, это Мегамозг меня «заглушил» качественно, но интуиция подсказывает: в моем спокойствии не только он виноват.

Перед Мань-ялом разъехались створки двери, он замер в проходе, жестом приглашая следовать за ним. А мне совершенно не хотелось касаться его, протискиваться, быть слишком близко. Поэтому я невольно замешкалась и заметила, что Тино-фей нахмурился, глянув на своего коллегу и едва заметно мотнул головой, похоже, запрещая навязчиво «ухаживать» за мной.

В итоге, в коридор мы вышли по очереди, без рукопожатий и прочего. Меня повели знакомиться с ячейкой феранцев и моим новым местом проживания. Но как же мне хотелось к своим, особенно к Ульяне и Глебу, самым близким людям, друзьям.

Следуя по коридору за Мань-ялом, я не могла отделаться от мысли, что феранцы устроили мне экскурсию по местным достопримечательностям. Хотя была вынуждена признать – есть на что посмотреть. Я невольно остановилась возле прозрачной перегородки, рассматривая зону отдыха феранцев, расположенную как и наша площадь, что подтвердил Мегамозг.

Мы пока еще не додумались сделать черные стены не только прозрачными, а придать им совершенно разные цвета и даже текстуру.

Затаив дыхание, я со щемящей сердце ностальгией смотрела на зеленый оазис с фонтанчиком и яркой подсветкой. Я ощущала цветочный аромат, витавший в воздухе. Здесь даже птичий вольер устроили – за тонкими прутиками большой клетки порхали яркие пернатые… кажется, а то вон та желтая пушистая «птица» со стрекозиными крылышками и восемью лапками больше на жуткого паука похожа.

Но мой взгляд невольно прикипел к большой круглой песочнице, где играло трое ребятишек. То, что песочница необычная, стало понятно, когда «песок» засосал парочку детей под мой испуганный вскрик:

– Дети! – Я в панике обернулась к Тино-фею: – Там детей засосало!

– Нет. С ними все в порядке! – с успокаивающей улыбкой объяснил он и вернул мое внимание на площадку, где в этот момент песок маленьким фонтанчиком «выплюнул» в воздух восторженно смеявшихся детей. – Это детская игра.