Пешка в большой игре

 — С его сомнительной национальностью…

— Она как раз несомненна, — хохотнул Колобок. — Но, если еврей выгоден антисемитам, они считают его русским!

— Кхе, кхе, — деликатно покашлял маленький аккуратный человек в очках с тонкой золоченой оправой, и все почтительно замолчали.

— Он был у меня вчера. И, как хотите, я не поверю, что он попытается порвать пуповину. Он просто не знает, что ему делать. Зато готов стать знаменем борьбы и уверен в победе.

— Чуть-чуть выждем. Василий Александрович гениально придумал с водкой.

— Какой водкой? — удивился брюнет.

— Ты как раз был в Париже. Скоро появится водка, названная его именем. И портрет на этикетке. И цена — ниже «Столичной». Это самая убойная, неотразимая пропаганда.

— Кстати о водке. — Высокий открыл портфель и извлёк бутылку «Смирновской».

Человек в очках отрицательно качнул головой.

— У меня встреча в Администрации Президента. Может, проведут к самому.

— Ну дохнешь на него, большое дело. — Высокий налил водку в складной стакан, выпил, глубоко втянул носом воздух. — Хорошо! Кому ещё?

Больше желающих не нашлось. Он завинтил пробку, с треском сложил стакан и спрятал всё в портфель.

— Значит, я через своих людей в Думе будирую вопрос о досрочных выборах. Так? Ориентировочный срок — осень этого года. Может, зима. Что ещё?

— У меня вот какое предложение, — проговорил толстячок.

Совещание продолжалось.

Резо Ментешашвили находился в плохом настроении. Похоже, он впервые в жизни не разобрался в ситуации и совершил серьёзную ошибку. Московская община осталась недовольна его последним разбором. Поговаривали о сборе всеобщего сходняка, чтобы дать ему по ушам.

За всем этим стоят Крёстный и Антарктида. И, конечно. Клык. Змей оказался пустышкой: когда вопрос встал ребром, выяснилось, что авторитета у него-то и нет. Многие прямо так и сказали: «Кто есть Змей? Я такого вора не знаю!»

С Клыком сегодня должны решить, Рваный его выманит, а Змей выстрелит в голову. Ещё недавно Резо считал, что это будет хорошо: сам он рук не пачкает, а одним серьёзным противником меньше. Сейчас он засомневался: а не рубит ли сук, на котором сам сидит? И не казалось уже, что убирать Клыка полезно и правильно.

Резо вздохнул. Он стоял у окна «люкса» гостиницы «Аэрофлот», напротив, метрах в трёхстах, возвышался такой же стеклянный параллелепипед служебного здания. «Гладиаторы» жили в соседнем номере, через стенку, один из них постоянно находился с Резо или в коридоре у двери «люкса».

Осторожность никогда не бывала излишней, особенно сейчас. Недавно к нему обратились чеченцы — у них намечалась разборка с москвичами: чего-то там не поделили в одном из казино. Они просили братьев-кавказцев помочь.