Пешка в большой игре

— В комиссию поступила информация о похищении подчинёнными Верлинова сотрудника Министерства обороны майора Плеско, применении к нему недозволенных методов воздействия и передаче в милицию, чем нарушены статус военнослужащего и юрисдикция военной прокуратуры. Есть и другие серьёзные сигналы, которые подлежат проверке в ходе расследования компетентными органами…

Вертолёт летел над поросшими лесом горами на высоте полутора километров. Кое-где виднелись тусклые огоньки пустующих в это время года турбаз. Грохот двигателя усиливался гулким резонансом в пустоте десантного отсека.

«Возбудят уголовное дело, навешают собак, объявят главным виновником всего…» — думал Верлинов.

Он переоделся в шведский гидрокостюм с вентиляцией и подогревом, документы прикрепил к телу в водонепроницаемом пакете. Гражданскую одежду свернул в узел, перетянул ремнём. Внутрь вставил пиропатрон, поджёг шнур и выбросил узел за борт. В непроглядной темноте вспыхнул огненный шар.

Затем генерал влез в подвесную систему самоспасателя, защёлкнул замки. Кажется, всё. Он проверил снаряжение. Нож на голени правой ноги, на поясе справа — двуствольный подводный пистолет, часы и компас пловца на запястьях, сигнальный фонарь на животе, под самоспасателем. Микропередатчик, радиопеленгатор. Водонепроницаемый вещмешок лежит на вибрирующем железном полу. Ласты…

Как тридцать лет назад, когда молодой Верлинов сдавал экзамен на классность в отделе подводных пловцов. И тогда, и сейчас он мог рассчитывать только на собственное тело, навыки, силу, рефлексы. Помощи ждать не приходилось, но тогда по крайней мере никто не мешал. И провал экзамена ничем серьёзным не грозил…

«Завтра с утра заявятся с ордером, — размышлял генерал. — Вряд ли станут шить политику: злоупотребление должностью, неисполнение приказа, кража оружия и снаряжения…»

Всё, что он взял с собой, оценивалось при приобретении отделом в пятьсот рублей, но это роли не играло: вот он — генерал-расхититель, о которых так любят писать газетчики. И смотрите — караем мы его по всей строгости!

Верлинов надел переговорное устройство.

— Сейчас будем, — ответил пилот. — Километров двадцать пять.

Генерал откинулся на жёсткое сиденье.

«Организатор чудовищных экспериментов и катастроф!» — представил он газетные заголовки.

Одиннадцатый отдел провёл три учебных испытания, боевое использование осуществляли военные. Но в такие нюансы никто вдаваться не станет.

«Идиот!» — подумал он про Межуева, но уже без прежней ненависти.

«Может, инициативника подставил Голубовский? Или слишком тонко для него?»

Впрочем, всё это не имело сейчас никакого значения. Следовало переключаться от прошлого на будущее.