Пешка в большой игре

Все были в спортивных костюмах и кроссовках, кроме Черкасова, у которого верхнюю часть наряда составляла обычная хлопчатобумажная майка белого цвета. И лица у генералов госбезопасности выражали суровость характеров, решимость и умение идти напролом. У Карпенко нос перебит, левая бровь пересечена белой полоской зажившего шрама, у Борисова и Черкасова деформированные уши борцов и «набитые» костяшки пальцев.

Пожалуй, только Верлинов выпадал из общего ряда: тонкие черты, интеллигентные манеры, мягкая улыбка, словно научный сотрудник, изрядно позанимавшийся в молодости спортом.

Он продолжал увлечённо изучать зажигалку. Карпенко расслабленно распластался в гамаке, гипнотизируя зелёный лимон, Борисов вставил голову в пушистую ёлочку и глубоко дышал, Черкасов возбуждённо ходил по мраморной дорожке — от стеклянной стены к небольшому бездействующему фонтанчику и обратно.

Между диваном, гамаком и плетёным креслом стоял круглый столик с бутербродами, водкой «Смирнофф», узкой бутылкой «Белого аиста» и итальянским вермутом, но выпить успели только по рюмке. Когда начался серьёзный разговор, интерес к спиртному прошёл.

— Значит, Система разрушается целенаправленно и злонамеренно, что идёт во вред интересам России, — сформулировал Верлинов и внимательно осмотрел собравшихся. — Так?

— И если мы будем молча смотреть на происходящее, то крах ждёт не только нас, но и страну в целом. Так?

— Кончай тянуть, — прогудел Черкасов. — Что ты заладил: так да так…

— Если заснять нас на плёнку, то получается классическая картина: «Заговор с целью захвата власти», — мягко улыбнулся Верлинов. — Но лично я ничего не собираюсь захватывать и власть мне, извините, на хер не нужна.

— Ты это для микрофонов, что ли? — Черкасов иронически улыбнулся. — Тогда говори громче и отчётливей!

Карпенко и Борисов тоже улыбнулись. Но у всех троих улыбки были несколько напряжённые.

— Для микрофонов, — то ли обиженно, то ли удивлённо повторил хозяин. — Ну-ка, достаньте свои переговорники…

Генералы зашевелились. Не только для удобства и непринуждённости хозяин переодел их в спортивные костюмы и не случайно сам переодевался в их присутствии. Одежда, личные вещи, оружие были заперты в шкафу гостевой комнаты вместе с возможными «жучками», «клопами», «кассетниками». Доверие — категория абстрактная и должно подкрепляться конкретными мерами безопасности. С собой каждый взял лишь систему экстренной связи с дежурными подразделениями своих служб. Маленькая пластиковая коробочка со стандартным содержимым и механизмом самоуничтожения, исключающим какие-либо переделки. С ней руководители спецслужб не расставались никогда.