Петля

Поднял на него усталый взгляд, сунул руку во внутренний карман, достал портмоне, отсчитал двадцать купюр достоинством в сто баксов каждая, продолжая смотреть молокососу в глаза, сунул их ему в карман.

— Здесь на три штрафа сразу.

Он судорожно сглотнул, а я усмехнулся снова, отсвистел ему "наша служба и опасна и трудна" и ударил по газам, оставляя позади себя ошарашенного мальчишку с четырехмесячным окладом в руках.

Мало платите ментам, господа. А пока мало платите, всегда найдутся те, кто заплатят больше, и срать они хотели на ваши гребаные законы. У такого мудака, как я, права отобрать надо, тачку отогнать на штрафстоянку за сто двадцать по городу, а мент не может — ему детей кормить надо или мать пенсионерку. Вот и весь закон. На меня он будет всегда работать, а не на государство, потому что Я его кормлю, а кто кормит, тот и заказывает музыку.

Охранник без слов пропустил меня внутрь заведения. Еще бы попробовал не пустить. Напрягся, когда я пристально посмотрел ему в глаза. Коксом, видать, опять торгуют втихаря. Расслабься, шкаф, я за своей личной наркотой приехал. Мне не до вас сегодня. Хлопнул его плечу.

— Все ништяк, не нервничай. У меня тут свои дела. Дане привет передавай пламенный.

Зашел в зал, и по глазам резко ударили прожекторы, крутящиеся под потолком в бешеном темпе, и неоновые сверкающие вспышки. В стороне, утопая в дымке, пара столиков, и на сцене мужики извиваются. Накачанные лоснящиеся красавчики у шестов в бабских трусах. Усмехнулся еще раз, уже зло, отыскивая взглядом жену и сбрасывая куртку, усаживаясь за барную стойку.

Заметил ее возле столика справа от сцены, танцует, взгляды бросает на красавчиков. Знал бы — не пустил. Нехрен на мужиков пялиться.

Осмотрел ее с ног до головы, и в горле пересохло. Бля***ь, никогда не привыкну к этой красоте. Каждый раз вижу, и стопорит. Зависаю на доли секунд и думаю о том, что все МОЕ. Вот это роскошное тело в коротком платье с блестками, длинные ноги, полная грудь и шикарные волосы, манящий рот. В паху тут же прострелило, и перед глазами картинки замелькали, как обхватывает ногами мои бедра пока я яростно долблюсь в ее тело.

Неделя — это дьявольски много. Облокотился о барную стойку спиной и уже через секунду сделал глоток ледяного виски. Не видит меня, танцует с подружками, а я голодный, как зверь. из аэропорта сюда сразу. Увидеть немедленно. Ломка дикая все эти дни сжирала. Сорвался к ней, послав все сделки к чертям. Потом разберусь. С ней хочу, хоть на одну ночь, не то загнусь.

Она изменилась, моя девочка. Подростковая угловатость пропала. Вся округлая, сочная, превратилась в женщину.