Прекрасные дьяволы

Он начал разгораться, и тот мужчина попытался… – Мой голос срывается, и я слегка кашляю. Мне трудно говорить об этом даже сейчас, когда знаю, что я в безопасности.

– Все в порядке, – тихо говорит первый полицейский. – Не торопитесь.

Я с трудом сглатываю и делаю еще глоток воды.

– Он пытался подтащить меня к очагу возгорания, – говорю я. – Я испугалась и сумела вырваться. Побежала к двери, а потом упала с лестницы, но мне удалось выбраться.

– Вам повезло, – бормочет второй полицейский.

Я киваю, глядя на больничную койку.

Дверь слегка приоткрывается, и в нее просовывается голова еще одного полицейского. Он шепчет что-то на ухо тому, кто задавал больше всего вопросов, и смотрит на меня.

– Мы провели анализ ДНК, – объясняет он. – Мужчину, который на вас напал, звали Илья Петров.

Он смотрит на меня так, словно ожидает увидеть на моем лице призраки узнавания, но я просто киваю, глядя прямо ему в глаза. Конечно же, я не говорю им, что уже знала об этом.

– Он мертв, погиб при пожаре. Ему не удалось выбраться. – Полицейский замолкает, все еще глядя на меня. Затем добавляет: – Мисс Хейз, ваша ДНК также всплыла в системе.

Я хмурюсь, поджимая губы.

– Что вы имеете в виду?

В связи с Ильей? Или с братьями Ворониными?

Вряд ли это так, но…

– Совпадение с нераскрытым делом. А если точнее, с маленькой девочкой, которая пропала много лет назад. Мы получили ДНК от одного из ее родителей, чтобы попытаться использовать в качестве совпадения, если ее когда-нибудь отыщут, но она так нигде и не всплыла. – Он делает шаг вглубь комнаты, слегка приподнимая брови. – До этого момента.

Секунду я просто пялюсь на него. Из всего, что он мог сказать, это было последнее, чего я ожидала. Один из моих родителей еще был жив? И хотел меня найти?

Полицейский продолжает говорить, и я отвлекаюсь от мыслей, чтобы послушать его, потому что отчаянно хочу узнать, что он скажет по этому поводу.

– Согласно нашим документам, ваши родители умерли, но у вас есть бабушка, которая все еще жива.

Мысли мечутся в голове, как сумасшедшие, пытаясь воплотиться в нечто реальное. Это новое открытие, вдобавок к сегодняшним событиям, заставляет меня задуматься, – а не брежу ли я? Может, у меня галлюцинации?

– Вы хотите, чтобы мы с ней связались? – спрашивает меня полицейский.

Я немедленно киваю, поворачивая голову еще до того, как по-настоящему обдумываю ответ.

У меня есть бабушка. Семья.

Двое полицейских, вошедшие в комнату первыми, встают, и один из них кивает мне.

– Спасибо, что уделили время, мисс Хейз, – говорит он. – Мы позвоним вашей бабушке.

Они выходят, оставляя меня ненадолго одну. Прежде чем я успеваю разобраться в бушующих во мне клубке мыслей и эмоций, входит медсестра. Она доливает воду и спрашивает, не нужно ли мне чего-нибудь.

– Эм, нет.