Против течения

Будете ли вы достаточно мудры и сильны, чтобы сломать барьеры замкнутости, которые я создала в нем? И хотя это утверждение покажется вам странным, я люблю сына. Я всегда его любила, но теперь у меня осталось так мало времени, чтобы исправить то, что я исковеркала. Я начинаю бояться, что разрушила его счастье.

— Вы думаете, он несчастлив?

— А вы думаете, он счастлив? — Леди Мелтон задала вопрос мягко, но Энн не нашла на него ответа.

— И вы, — продолжала леди Мелтон, — я знаю, вы тоже несчастливы. Это я могу понять. Я тоже была подавлена Галивером, я тоже страдала здесь.

Энн не ответила. В голосе старой женщины была симпатия, и она опасалась, что расплачется. Леди Мелтон вздохнула.

— Хотелось бы мне знать: неужели слишком поздно для меня что-либо исправить? — спросила она, и в ее вопросе было что-то тоскливое, почти патетическое.

— Может быть, все придет в норму со временем, — предположила Энн. Она не могла притворяться в ответ на полную откровенность свекрови и сказать неправду — что она и Джон очень счастливы или что она ошибается в своих проницательных предположениях об их отношениях.

— Вы так думаете? — Лицо леди Мелтон осветилось на миг, затем она вздохнула.

 — Не будьте гордячкой, — посоветовала она. — Я была слишком гордой, но теперь, когда я нуждаюсь в друзьях, когда я нуждаюсь в любви, в привязанности тех, кто рядом со мной, я вижу, что они мне могут дать только восхищение. Восхищение чем? Моей осведомленностью, моей властью, моим положением в обществе, которое я сама создала. «Мегера леди Мелтон». Да, я слышала, что меня так называют, и теперь знаю, как много это значит.

— Но вы не должны печалиться, — быстро сказала Энн. — Люди действительно восхищаются вами.

А я вас боялась. Это было глупо с моей стороны, но…

— Не глупо, — перебила ее леди Мелтон, — это то, чего я добивалась. Это то, чего я добивалась по отношению к большинству людей, потому что это держало их на расстоянии вытянутой руки. Можете ли вы понять: как Вивьен всю жизнь убегала от бедности, так и я убегала от любви. Но я хотела любви так же сильно, как боялась ее, боялась даже своего желания ее.

Леди Мелтон протянула руку.

— Я бы хотела, чтобы вы простили меня, Энн, — сказала она, — и чтобы вы помогли мне в эти последние немногие месяцы исправить, что еще можно.

Вы указали путь Вивьен. За короткое время, что вы знали ее, вы изменили ее жизнь и дали ей счастье. Я знала ее намного дольше, по-своему была расположена к ней и все же не смогла сделать этого. Я могла только воодушевить ее к поступку, который в самой глубине души не считала правильным, но была слишком горда, чтобы признать, что неправа.

Энн положила руку на ладонь свекрови: было страшно ощущать, что пальцы женщины, тонкие и теплые, сжимают ее руку.