Актриса на главную роль
Театральная жизнь после карантина насыщена событиями. Молодой талантливый режиссер Глафира Пересветова готовится к премьере, и постановка обещает быть резонансной. Вокруг пьесы кипят нешуточные страсти, происходит убийство, Глафира с головой погружается в расследование. А между тем у нее самой начинаются отношения, и похоже, что это любовь. Но как им быть вместе – она режиссер, а он военный летчик, их жизнь в постоянных разъездах с полным погружением в профессию. Перерастет ли их роман в нечто более серьезное?
Понятное дело, что вас никоим образом не устраивала столь скромная жизнь, но вы терпели, понимая, что или через Грановского и театр сможете снова подняться наверх, или с помощью другого высокого покровителя. Но покровитель нынче пошел не тот, разборчивый: прежде чем завести себе любовницу или подругу, властные и богатые мужчины нынче предварительно узнают всю подноготную приглянувшейся им барышни. А вот с ней-то у вас не ахти, с подноготной-то. Так что приходилось мириться с обстоятельствами и ждать. Но ждать и мириться с чем-то, тем более со столь зависимым положением, обслуживать актрисулек куда бездарней вас, и надеяться на лучшее – это определенно не ваша история.
Глафира замолчала, выдерживая непродолжительную паузу.
– Ну, что ж вы остановились, Глафира Артемовна, – ерничала Земцова, – на самом интересном месте.
– Да нет, это не самое интересное, – уверила ее Глафира. – У китайцев существует древний трактат, который называется: «Тридцать шесть китайских стратегем». Это руководство по ведению любых действий против врага. Если не ошибаюсь, вторая из них гласит: «убить чужим ножом». Думаю, китайские стратегемы вы вряд ли читали, Лена, но действовали в полном соответствии с их руководством. Помимо врожденного артистизма вы обладаете и умением манипулировать чужим сознанием – ценные дарования, которые вы лишь отточили и обогатили за время, проведенное в заключении со всеми его непростыми тюремными законами и уроками выживания.












