Актриса на главную роль

Актриса на главную роль
0/10 (0)
О чём книга

Театральная жизнь после карантина насыщена событиями. Молодой талантливый режиссер Глафира Пересветова готовится к премьере, и постановка обещает быть резонансной. Вокруг пьесы кипят нешуточные страсти, происходит убийство, Глафира с головой погружается в расследование. А между тем у нее самой начинаются отношения, и похоже, что это любовь. Но как им быть вместе – она режиссер, а он военный летчик, их жизнь в постоянных разъездах с полным погружением в профессию. Перерастет ли их роман в нечто более серьезное?

Aa
Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
Ширина текста
Уже
Шире

Но Артем Константинович, выбирая имя доченьке, руководствовался тем фактом, что его бабка Глафира Александровна прожила долгую, насыщенную жизнь в великолепном здравии и еще более великолепном разуме до ста пяти лет. Имела два высших образования, знала несколько иностранных языков, преподавала в вузе и прожила шестьдесят лет с одним супругом, которого преданно любила до самой его смерти. А через год после кончины мужа встретила другого мужчину, которого называла «милым, нежным другом» и с которым прожила еще десять счастливых лет.

Красавица была и обладала непростыми способностями, которые в семье не принято было упоминать, но совершенно определенно Глафира Александровна многое могла предвидеть, предугадать, кое-что умела в экстрасенсорном плане и обладала знаниями, доступными единицам.

Только все тайком, без огласки – нельзя было в те времена распространяться на эти темы.

Вот и стал их «подарочек божий» Глафирой Артемовной – на счастье.

Счастья, надо сказать, у ребенка было с избытком.

Понятно, что, во-первых, это была любящая семья, в которой царили поддержка и забота друг о друге, и для любого человека одно это уже великое счастье, а во-вторых, в семье имелся материальный достаток, что далеко не последнее дело для благополучной-то жизни.

Папа Глаши, Артем Константинович, был коммерсантом, как было принято в девяностых годах называть деловых людей. До развала Союза он занимал хорошую должность, из которой плавно перекочевал в бизнесмены. Ясный пень – что-то «отчуждая», что-то прихватив, что-то заранее накопив, связи-друзья, продажи-перепродажи – как все. Как все новоявленные «деловые люди» тех лихих годов.

Нет, Пересветов не был бандитом или, упаси господь, главарем каким преступной группировки – обычный коммерсант, сколачивавший первоначальный капитал, у которого чуть лучше, чем у других, оказалась стартовая позиция. А то, каким образом создавался первичный капитал в нашей стране, знают не только экономисты, а прошедший через всю дикую жестокость девяностых непосредственный участник тех событий – народ.

Ну не суть. Артем Константинович действовал в предложенных обстоятельствах, как и большинство умных, деловых людей того бурного и страшного революционного периода.

К двухтысячному году Артем Константинович имел несколько предприятий, приличные производственные мощности, торговые площади, недвижимость, сдаваемую в аренду, строительную компанию, достойные акции и так кое-что по мелочи.

Великолепный дом за городом с участком в несколько гектар, с достойным хозяйством – живность разная, огород солидный, лошадки – детям покататься. Не роскошь дворцовая, не золотом по мрамору с вензелями, но все добротно, красиво и по делу.

Подборки для вас

Похожие книги

Пленница Хургады, или Как я потеряла голову от египетского мачо

Пленница Хургады, или Как я потеряла голову от египетского мачо

Легкое чтение, Любовные романы, Остросюжетные любовные романы
Сладостное заточение

Сладостное заточение

Легкое чтение, Любовные романы, Современные любовные романы
«Странники» Судоплатова. «Попаданцы» идут на прорыв

«Странники» Судоплатова. «Попаданцы» идут на прорыв

Легкое чтение, Фантастика, Попаданцы
Хочу тебя навсегда

Хочу тебя навсегда

Легкое чтение, Любовные романы, Современные любовные романы
Его выбор

Его выбор

Легкое чтение, Любовные романы
Железная корона

Железная корона

Легкое чтение, Фэнтези, Любовное фэнтези

Оставить отзыв

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив