Актриса на главную роль

Глаша сидела на кровати с недовольным лицом, сложив ручонки на груди в ожидании брата.

– Ну что случилось, солнышко? – Андрей присел рядом.

– Мама сказала, чтобы вы там все перестали плакать, им это не нравится.

– Когда она тебе это сказала? – максимально осторожно поинтересовался Андрей, боясь растревожить малышку.

– Да прямо сейчас! Вот прямо сейчас и сказала, что вы их там с папой совсем залили мокротой своей.

– А что она еще тебе сказала? – расспрашивал он, откровенно недоумевая, как реагировать на такие заявления сестренки, и пугаясь за нее ужасно.

– Сказала, чтобы ты не тужил… – И быстренько спросила: – А тужил – это что значит?

– Ну, – все больше пугаясь таких разговоров малышки, постарался что-то объяснить Андрей, – это когда тяжело и трудно живется.

В старину говорили: тужится человек изо всех сил, стараясь справиться с делом.

– Мама с папой говорят, что тебе не надо тужиться, что они помогут.

– Это тебе такой сон приснился? – нашел для себя самое простое объяснение Андрей.

– Да нет же! – первый раз за все эти дни весело рассмеялась Глаша и шустренько перебралась к нему на коленки.

 – Сон мне снился другой, про бабулю, а это мама с папой сейчас говорят.

– Какую бабулю? – заправил он ей за ушко мешающую прядку.

– Красивую такую, – с охотой поясняла Глаша и изобразила ручкой что-то неопределенное, красоту, наверное, в ее понимании: – Такую вот. Нашу какую-то, но я ее не знаю.

– И что сказала эта наша красивая бабуля?

– Погладила меня вот так, сказала, что все наладится как должно… А что такое должно?

– Как должно быть, – пояснил Андрей.

– Ну вот так и будет, – кивнула Глаша и погрозила пальцем: – А плакать ниль-зя.

– С того девятого дня, после смерти родителей, я перестала плакать, грустить, ждать и звать папу с мамой, бесконечно спрашивать всех, когда они приедут. Для меня родители находились рядом, я их видела, разговаривала с ними и необычайно удивлялась, когда выяснялось, что все остальные их не видят. «Да как же?» – возмущалась я, мне казалось, что они надо мной так подшучивают, «вот же папочка стоит», и начинала передавать слова отца. И та «наша красивая бабушка» мне снилась частенько.

– Представляю, как твоя родня офигевала, – предположил Трофим.

 – Я вот на минутку представил, если бы с Агашей такое… Не приведи господь, – передернул он плечами. – Не понимать, что с ребенком происходит, беда с психикой на фоне стресса или болезнь какая-то. Не знать, что делать. Зашибись.

– Вот-вот! – рассмеялась Глафира. – Больше всех пугался Андрей, особенно когда все, что я транслировала «со слов папы», оказывалось в точку и помогало. Однажды братья никак не могли открыть маленький сейф, в нем ничего особо ценного не было, но все же находилось что-то нужное.