Рапсодия минувших дней

Что на тебя могут донести жрицам богини смерти соседи и даже вроде как приятели.

А уж если начались чистки, то и подавно. Про то, что сестры Неумолимой активизировались, я рассказала Калахану. Объяснила, что это значит. Ирма шокированно внимала, распахнув глаза. Оба дракона выслушали мрачно, но никак не стали комментировать. Просто поддержали мое решение двигаться к намеченным целям, не задерживаясь.

Мы под снегопадом, кутаясь в плащи, побрели в самые глухие трущобы, чтобы уж точно никто не заметил наш отлет. А коли и заметят, никто отбросам общества не поверит.

И вот уже два мощных дракона, несущие на своих спинах девушек, взмывают в небо.

Пришлось подняться выше облаков. Холодно было так, что зуб на зуб не попадал. А ни одно из заклинаний нельзя применить и амулеты активировать тоже, и я терпела, понимая, что вскоре всё станет еще хуже. Не от холода, нет.

Но предстоит нам страшное. Это моим спутникам привычно проливать кровь. А я… убивая, я немножко умираю сама. Не знаю, что будет с моей душой, когда весь этот лютый кошмар закончится.

Уже сейчас ничего не осталось от прежней Рэмины. Осколки меня ссыпали в сосуд, который напоминает внешне меня прежнюю. Но только внешне. А внутри — пыль и крошево надежд, воспоминаний, стремлений, веры и доверия, любви… Ни одного цельного чувства.

Мне не склеить себя уже никогда. Только создать заново, вырастить иную Рэмину. Другую, но цельную.

Я не стратег. Мне чужды военные знания. Ничего не понимаю в планировании боевых действий. А у нас сейчас, что бы я ни думала, именно война. Маленькая, локальная, тихая война.

И совета я просила у лорда Калахана. Нет, не потому что я не доверяю Дару или Ирме. Отнюдь. Просто они оба мне очень дороги. Хочется остаться в их памяти светлой сидхе, а не монстром, коим мне предстоит стать.

Они, конечно, узнают о том, что я совершу, но хотя бы предварительно обсуждать это с ними не стоит. Лорда Калахана же я воспринимала как существо глобальное, мощное, с чуждой и непонятной мне логикой, но при этом именно он — как мне казалось — мог принять любое мое решение. И говоря «любое», я именно это и имею в виду.

Уверена, он не принялся бы отговаривать, соберись я мечом собственноручно рубить сестер Неумолимой. Но пояснил бы, почему я не справлюсь, предложил альтернативные варианты, если бы я спросила совета. Но не стал бы ахать: как ты можешь! Ты не должна, ты же девушка, леди! Это аморально! Ты сидхе… И кучу другой ненужной ерунды.

И поэтому именно с ним я строила стратегию того, что я должна сделать с учетом своих возможностей.

Вот и сейчас, уже в воздухе, он всего лишь уточнил мысленно:

— Да, лорд Калахан. Взлетаем на скалы. Я буду играть.

Именно по этой причине мы и не удалялись от горного хребта на западе Дагры.