Рапсодия минувших дней

 — Чё передать, как вернется?

— А магистр Латиас? — послушно повторил Урсул, но уже громко.

— Лекарь? У вас раненые, что ли?

— Нет. Так что? Магистр здесь?

Договорить капитан не успел. Откуда-то сзади раздался звонкий мальчишечий голос:

— Рэми? Менестрель? Это ты? Ура!

Не успела я опомниться, как на меня налетел мальчуган, которого я не сразу вспомнила. А потом не сдержала улыбки. Маленький поваренок прятался под столом, слушая страшные сказки закрытого королевства.

— А я тебя по гитаре узнал, — безостановочно болтал ребенок, улыбаясь во весь рот и пытаясь заглянуть ко мне под капюшон. — А ты нам еще споешь? А сказки расскажешь? Ух и жуткие они у тебя! Ты улетел с господином, а мы потом почти месяц спать боялись.

— Рэми? — поползли на лоб брови капитана, и он присмотрелся к гитаре, висящей на моем плече.

Но заговорил не он, а протиснувшийся вперед Михель:

— И точно! Менестрель! Вот те на! Здорово, малец. А чего ж сразу не сказал? Мы ж тебя хорошо помним.

Ирма и Урсул напряженно молчали, ожидая моей реакции.

— Здравствуйте, — помахала я рукой, выпростав ее из-под полы плаща. Чуть помедлив, скинула капюшон. — Да, это я, Рэми. Рэмина.

Ответом мне был громкий общий изумленный вздох всех присутствующих во дворе.

— Так было нужно, — немного неловко улыбнулась я, словно внезапно возвращаясь в прошлое. Говорить, что я леди и графиня, не стала. — Я под амулетом личины была.

— Вот так дела! — поскреб подбородок один из стражников. — Так энто чё? Лорд-то наш знал?

— Так ты девчонка? — подергал за плащ так и продолжавший меня обнимать поваренок.

— Ну… да, — пожала я плечами.

Глупая ситуация. Лечу спасть мир, можно сказать. Являюсь последним в этом мире представителем загадочного народа, а для старых знакомых, видевших меня в образе мальчишки-менестреля, я — девчонка.

У меня неожиданно вырвался истерический смешок. Потом еще один. И неожиданно для себя самой я захохотала. Это ненормально, знаю. Но я слишком устала, и нервы не выдержали.

На меня смотрели как на полоумную, но остановить не пытались. Лишь Ирма, примерно понимавшая всю ту гамму эмоций, что я испытывала, положила мне руку на плечо и ободряюще сжала.

— Ох, — утерла я выступившие слезы. — Простите. Это от переутомления.

— Так может, переночуете? — неуверенно переглянулись домочадцы лорда Калахана, и капитан озвучил их всеобщее решение: — Господские покои мы вам, конечно, предоставлять не рискнем в отсутствие лорда. Но это… Из простых бабы что-то подберут.

— Не бабы! — сурово отрезала незаметно подошедшая строгая женщина в глухом черном платье. Ее я тоже помнила, она щедро раздавала подзатыльники разошедшимся служанкам во время моего прошлого визита сюда. — Значит, Рэмина? А с тобой кто?

— Ирма, — сбросила капюшон моя тень.