Развод. Начать сначала

Танец, мелодия, приглушенный свет в студии захватывает нас. Я то рисую восьмерку на полу, то наклоняюсь назад, когда он нависает надо мной. Резкий поворот и вот я уже прижата спиной к его груди, а он ведет ладонями вверх по моим рукам, не касаясь кожи. Я же отвожу ногу в сторону и опускаю голову вниз. И вот партнер одним ловким, но изящным движением поворачивает меня к себе, берет мою ладонь в свою, а другая ложится между лопаток. Последние аккорды, мы смотрим сначала в разные стороны, и на пике встречаемся взглядами. Музыка останавливается, а вместо нее раздаются аплодисменты ребят.

Мы с Рафом улыбаемся друг другу и я благодарю его за шикарный танец. Внутри все трепещет от того, что у меня получилось. Я просто плыла по течению и отдалась во власть хорошего партнера, с которым я была уверена в себе. Грудь вздымается от адреналина, в висках стучит, а подушечки пальцев покалывает от волнения. Подхожу к стулу у панорамного окна, где я оставила сумку. Достаю бутылку воды и делаю несколько жадных глотков. Закрываю глаза, разминаю шею и не спеша провожу по ней ладонью, выравнивая дыхание. Пройдясь пальцами по ключице, медленно возвращаюсь в реальность, где первым делом вижу мягкий свет фонаря за окном. А потом натыкаюсь на суровый и недовольный взгляд Великого и ужасного. Неужели это не галлюцинация,и он действительно там, за стеклом - стоит, скрестив руки и облокотившись о капот большого джипа. Смотрит так, будто я крепостная, а он барин, который будет пороть за провинность. Злой, недовольный и чертовски притягательный в этой черной кожанке. Отворачиваюсь от окна, прикладываю ладонь к пылающей щеке, одновременно чувствуя необъяснимое жжение в спине. Внезапно звонит мой телефон в боковом кармане сумки. Дрожащими пальцами вытаскиваю его и, приняв вызов, прикладываю мобильный к уху.

-Выйди, - говорит коротко и требовательно.

Он бросил сигарету на землю и придавил ее носком ботинка. Внутри все клокотало, на языке застыли бранные слова, а перед глазами до сих пор стояла она - его маленькая Потеряшка в объятиях чужого мужчины.

“И с каких пор она твоя?” - спросил он себя.

А потом сам ответил: “С того на первый взгляд небрежного и формального, на самом деле глубокого и умопомрачительного поцелуя”. Тим вспомнил, как увидел ее, прижатую к машине каким-то амбалом. Ярость тогда закипела, глаза налились кровью, включился одновременно инстинкт хищника и защитника, которому нужно защитить эту маленькую, хрупкую женщину, похожую на фарфоровую куколку, с глазами нежными, грустными и прекрасными, с губами как лепестки роз, с чуть смуглой гладкой кожей.

Каждый день. Каждый чертов день вдали от нее, в холодном ветреном городе, Тимур думал о Диане. И разговоры их долгие и ни о чем конкретном совсем не помогали.