Рожденная жить (СИ)
Послали несколько человек в графство Ринвелов с приказом узнать о состоянии здоровья самого Графа и его семьи, а так же причины их отсутствия на торжествах при дворе. Жак воспользовался нашей относительной свободой и от души погонял нас на утренней тренировке. Но уже к десяти часам утра пришло приглашение на торжественный завтрак, устроенный в нашу с Нел честь, где нам предлагали познакомиться поближе с женами и дочерьми вельмож, состоящих в окружении Его величества. Пришлось идти!
Боже! О каких глупостях говорят дамы, на таких встречах. Платочки, веера, кружева, драгоценности и, конечно, мужчины!
— Ах! Принц! Он просто не отразим! А каков шалунишка этот Граф Дали! Да, и молодой маг из его свиты тоже весьма импозантен!
А как пыжилась официальная фаворитка короля, пытаясь показать всем, что, несмотря на мое присутствие, она главная фигура среди женщин при дворе! Все присутствующие дамы с преувеличенным вниманием слушали ее высказывания, и только мы с Данелией негромко разговаривали о своем, не придавая значения ее глупым высказываниям.
Видимо, наше невнимание её взбесило, и мадам решила нас наказать в отместку, изобразив случайность, пролить на нас свой чай.
— Любая из вас, испортившая мое платье, нечаянно или намеренно, оплатит мне его стоимость. И поверьте мне, леди! Мои туалеты стоят в десять раз дороже ваших. Ваши мужчины вряд ли будут довольны дополнительными расходами.
Выслушав меня, дамы смиренно опустили глаза, а виновница переполоха удалилась из-за стола. После ее ухода беседа потекла более оживленно и нас познакомили с последними сплетнями двора.
Рассказали и про то, что ушедшая из-за стола дама, уверена в том, что станет новой королевой, в то время, как Король Дориан не раз повторял, что жениться больше не намерен.
Одна из более зрелых и опытных придворных дам высказала недоумение тем, что последние два года наблюдается странное явление. От четырех до шести молодых девушек, проводящих при дворе свой первый светский сезон, внезапно уезжают домой, не дожидаясь его конца, и через некоторое время уходят в монастырь. Причины их поступков понять никто не может.
















