Сердце дракона. Том 18. Часть 1

Ни леди, ни сэр и бровью своей цветочной не повели, что их план сделать Безымянного Генерала своим вечным рабом раскусили. Такова природа жителей Фае. Они не говорят лжи, но стремятся обмануть каждого и даже друг друга. Это чем-то напоминало клубок змей… или леса Миражей и Терний.

- Мы принимаем твое предложение генерал, - кивнула ему леди Розалия. - в трех днях пути отсюда на север живет существо, что отравляет наши воды и воздух.

- Наши цветы, - продолжил сэр Аравендир. Словно у них один разум на двоих. - вянут от дурного воздуха, что создают его испражнения. Он топчет поля и портит урожай.

- Истреби этого зверя, - подхватила леди Розалия. - и мы назовем тебя гостем в нашем доме, омоем твои стопы, дабы они легко ступали по нашим тропам и укажем путь к Горе Предков.

- Где тебя ждет Белый Дракон.

- … тебя не ждут в этих землях…

С очередным порывом ветра два духа обернулись лепестками и травами, а деревня, внезапно, отдалилась от Хаджара на расстояние, что он не преодолел бы и за все оставшиеся ему годы, хотя, казалось - протяни руку и дотронешься до частокола.

Смотреть на подобное искривление пространства было невыносимо тяжело для сознания, так что Хаджар отвернулся и побрел в сторону, указанную ему духами.

- И чего ты молчишь?

Хаджар предпочитал не думать о том, что ему сказал при их последней встрече древняя тень от тени Белого Дракона.

Первобытный Боги, оставившие себе облик монстра или зверя, обитали в стране Духов. Могущественные, преодолевшие границы времени, они порой являлись смертным. Зачем? Любому богу требовалась “жизненная сила” - вера смертных.

Все это позволяло Первобытным Богам становиться могущественнее и продолжать свое существование.

Они стояли под кронами высокого дерева, чем-то напоминающего березу. Первобытный Бог же спокойно плескался в чашах.

Размерами с небольшого облика, единственное, чем оно выделялось - своей странной формой. Но за эти несколько дней пути по Стране Духов. Хаджар успел в достаточной мере привыкнуть ко всему странному и сюрреалистичному, чтобы оно больше не казалось ему таковым.

Чаши-пруды поднимались над землей в свитых в форме сложенных ладоней, плотных крон деревьев. Водопады, падающие с их “бортиков”, несли по земли полноводные реки с плещущейся внутри рыбой и мелкими, водяными духами. Те использовали живность, как свои ездовые животные.

Они мчались как можно дальше от странного создания. С тремя лапами, вместо шерсти покрытое белоснежными иголками, морда его походила на скорлупу ореха с пятью отверстиями. Четырьмя по краям и одним, самым большим, в центре.

Немного жутковатые отверстия служили богу одновременно и глазами, и ноздрями и, даже, ртом.