Штирлиц, он же Исаев

Скорее всего его подставили немцы. Те самые, на которых работал наш дипломат…

– Работал? – подчеркнув окончание, переспросил Стопанский. – Быстро! Примите поздравления… Браво!

– Без вас мы бы его не нашли, Игнатий Казимирович.

– Серьезный был человек?

– В определенной мере.

– Благодарю за исчерпывающее разъяснение.

– Так что? Беретесь?

– Время? Сроки? Когда начинать?

– Браво! Я спрашиваю вас серьезно.

– Я вполне серьезно отвечаю – вчера. Сегодня, во всяком случае. Шифровки от Ванюшина и Дитерихса мы вам подготовим – это в наших возможностях. Попросите ваших встретиться в Москве с Урусовым; вот адрес, – подвинул Бокий листочек бумаги, – запомните так, брать с собой не надо.

И пусть завтра составят запрос в Ревель: как себя ведет Исаев.

– С кем я прорепетирую беседы? Если бы вы поверили мне раньше, я бы все это обговорил с Всеволодом.

– Его арест в наши планы не входил.

– Не верите вы мне… Не нужны мне ваши секреты, я от своих устал… Право, я помогать вам хотел: у нас такая безысходность, так все друг от друга отгорожены заборами, что мне, с моим характером, у вас лучше… Вы правы: я больше говорун по женской части, но если трезво разобраться, это бунт против наших устоев.

Вы не смейтесь. Брак у нас – кабала, мещанство. И развод получить нельзя – мове тон, конец карьере! А что я могу делать, кроме как быть разведчиком?

– Перестаньте, – поморщился Стопанский. – Разведчик, шпион – и то и другое в равной мере мужественно. И нечего нам делить мир на чужих шпионов и своих разведчиков. Дома я теперь шпион, а не разведчик… Ладно, давайте отвлечемся от умозрительных споров…

– Очень хорошо, я не решался вас прервать: как выяснилось, вы бесконечно обидчивый человек.

– Любой человек обидчив, а агент тем более. Он еще и ущербен к тому же… Все-таки на чем он свалился?

– Его подвел под арест кто-то из немцев.

– Кстати, третий секретарь посольства Марек Янг – мой приятель. Но я, помнится, не сообщал вам об этом?

– Нет, – чуть улыбнулся Бокий. – Не сообщали.

– Браво! Ваша закордонная служба хорошо работает. – Он задумался и сидел долго, покусывая рыжеватые усы. – Исаев был у Колчака или это легенда?

– Он работал у Колчака.

– У него остались связи с французскими или американскими газетчиками?

– Газетчики – люди корпоративные. Вторая древнейшая профессия, но благородства не занимать, особенно когда речь идет о своих. У меня есть связи с парижскими журналистами… Надежные связи…

– Хорошее предложение. Попробуем сформулировать: «Арестовали по немецкому наущению, обвинив в шпионаже, Исаева, благороднейшего журналиста, одного из светочей белого движения. Арестовали потому, что в Эстонии сильна эгоистическая коррупция немцев.