Снайпер

– Бойцов для сопровождения я тебе дать не могу – уж извини, у меня и так их осталось шиш да ничего. Но ты, лейтенант, сделай уж доброе дело – дойди и сообщи выше, что мы тут загибаемся помаленьку, – полкан грустно опустил голову.

– Постараюсь выполнить, товарищ полковник. Только ведь нам еще и выйти к нашим надо. Как вы думаете, на северо-востоке немцев много?

– Не знаю – точных данных у меня нет. По нам ударили с двух сторон и отсекли тылы. Я, собственно, на самом деле вот о чем просить хотел…

– Сможете пройти и ракету пустить? – удивил меня просьбой комполка.

– Какую ракету? – даже растерялся я.

– Если у фрицев за нашими позициями танки есть и их много – красную. Если только пехтура без тяжелой техники – зеленую.

– А если танки замаскированы? Если честно, я не представляю, товарищ полковник, как мы в таком состоянии там ползать будем. Ведь ракету мало дать – свалить оттуда придется очень быстро.

– Все понимаю, но – помоги, лейтенант. Ведь всех нас здесь и похоронят. Танков я не видел, нас пехтура давила, минометами. С воздуха пикировщики как стервятники трепали. Ты же видишь, лейтенант, у меня бойцов нет совсем, да и те, что есть – пацаны или раненые.

– Хорошо. Попробуем. Где лучше идти – покажите? – сдался я.

– Да, сейчас бойца вызову. Дозоры у нас выставлены, они и покажут.

Ракету мы дали, зеленую. Более того, сами вернулись обратно к окруженцам. Получилось – в разведку сходили. Немчуры с северо-востока было немного – рота, может полторы. Вдвоем напрямки нам было не пройти, и мы с Вано вернулись. Все легче с сотней солдат идти. Но в атаку мы не полезем, я так командиру полка и сказал. Тот был полностью согласен, просил держаться позади и помочь, если немцы контратаковать станут.

Хреново получилось. В самом начале боя немцы устроили нам филиал ада. Мало того, что давили из пулеметов, так еще и минометы развернули. Вдарили по нам – крепко.

– Вано, у меня патронов мало. Давай прощаться с Маслиным и уходить. Впереди кусты будут, там и оторвемся, – Вано лишь кивнул, соглашаясь.

Улучив момент, снял двумя выстрелами мешавшихся гансов. Стрелять было очень больно – плечо-то ранено, каждый толчок приклада бил как кувалдой. До видневшихся зарослей ивняка мы добрались ползком. Продрались через хитросплетения ветвей, отдышались и двинули дальше. Выход из леска встретил нас тишиной. Даже страшно стало: то пальба идет такая, что головы не поднять, а то тихо как в гробу. Вано, пошатываясь, плелся за мной, я сам давно повесил «Выхлоп» за спину и шел с пистолетом в руке. Как мы оба оказалиссь в окопе – даже не понял.

– Ну, мужики, это уже наглость! – чей-то густой бас резанул по ушам.

– Шнапсу, что ли, обожрались? – прозвучал второй голос.

– Да говорю вам, наши это! – влез третий и тем самым меня порадовал.