Снайпер

Укрылись хорошо, по берегам ручья нависали здоровые сосны с вывороченными корнями, под ними мы и расположились.

– Подожди, вместе идем, – обломал я казаха. Тот сделал удивленные глаза, но спорить не стал.

Прогулка у нас вышла зашибись. Это не по нашим буреломам ползать. Национальный парк «уле». Чисто, красиво. Высокие деревья и кустарник создавали видимость чащи, но это впечатление было обманчивым. Идти с каждым шагом становилось тяжелей, подъем, что ли? Оказалось и правда – гора. Примерно через час тяжелого и нудного подъема Мурат остановился.

– Серег, надо залезать на дерево, тут, похоже, можно без конца так топать.

– Давай, возьми бинокль, – я устало вытер со лба пот и снял с шеи бинокль.

Лез Мурат долго. Постоянно останавливался и оглядывался. Деревья здесь в отличие от низины росли редко. Забравшись на высоту пятиэтажного дома, ну, примерно, Мурат стал внимательно «читать» местность.

– Город видно, маленький он какой-то. Поселок скорее, – сказал спустившийся с дерева через некоторое время казах.

– Ну, так не Москва ни разу, – ответил я.

– Здесь «чисто», никого нет. У подножия холмов, на северо-западе, видел людей, но сюда не идут. Там ферма вроде и загоны для скота. Можно спокойно отдыхать. Если кто припрется из города, по горам не пойдет. Только если какой-нибудь гуляющий. Тогда двигаясь в обход, все равно к реке выйдет, а там мы «срисуем».

– Хорошо, пошли вниз.

Спускались мы уже быстрее, ободренные результатами наблюдений. В лагере нас ждал ужин. Петрович с одним из помощников разогрел зажаренную ранее рыбу и открыл консервы, тушенки у нас было мало, и приходилось экономить. В котелке заварили крепкий чай, и налопались досыта.

В караул мы с Муратом заступили первыми. Решили, что лучше сразу отсидеть положенную вахту, а затем отдыхать до ночи. Время в дозоре на удивление пролетело быстро. Комары даже не успели замучить. Так, скрипели изредка. Рановато для них еще, но тут весна теплее, чем у нас в стране. В восемь часов утра нас сменили бойцы из группы прикрытия, им до двух часов дня сидеть, их в свою очередь сменит Истомин. Таким образом, у нас с казахом будет целый день для того, чтобы выспаться и отдохнуть. Позавтракав, мы вырубились, где сидели.

– Боец, восемь уже, – меня вырвал из «кинотеатра сновидений» голос Петровича.

– Какого черта уже восемь? – Я никак не мог продрать глаза.

– Да вот так. Ребята вернулись, говорят – все в порядке.

– Правда, что ли? – мгновенно очухавшись, спросил я.

– Ага, вернулись часа три назад, я их спать положил. Сэм сказал, что идти все равно можно только ночью, днем не будем светиться.

– Хорошо. Давайте проверим оружие, что ли, да приготовимся к дороге.

На проверку снаряги ушло не больше получаса. До ночи еще далеко.