Снайпер

– Да, уж получилось. Пулеметчику в плечо зарядил – тот помер от потери крови. А как еще, если руку с корнем вырвало, там как из фонтана хлестало. Грязная у тебя винтовка, – подвел итог Круглов.

– Так она же охотничья, на крупного зверя. Амеры и англичане с таким калибром носорогов в Африке валят.

– Я почему-то этому не удивляюсь, – покивал Толя.

Позавтракали остатками «тушняка», хотя это я так думал, в смысле – что остатками. Парни ухитрились у предателей в деревне еще и хавчика стырить. На пару дней, наверное, хватит. Но нам нельзя столько гулять, выходить пора. Судоплатов ведь говорил – дел много, это было явно не последним. Но если облажаемся, то точно последним будет. Жаль, если так, команда у нас уж больно срослась друг с другом.

– Серег, на связь когда будем выходить? – поинтересовался Зимин.

– Думаю, надо еще отойти. Хрен их, «нациков», знает – засекут передатчик да расхреначат с воздуха. Или облаву какую устроят. Я, вообще-то, еще жить хочу, и дел невпроворот.

– Так всем хочется, и как бы еще и побольше твоего, – заметил Саня.

– Кстати, при зачистке гранаты новые кто-нибудь попробовал?

– Шумовые? – поднял глаза Мурат.

– Ага, – я утвердительно кивнул.

– Вано одну зашвырнул в том дом, где я потом на чердаке сидел. Там двое спрятались – шмаляют и шмаляют, Вано и вспомнил про эти шумелки.

– Да сами чуть не обосрались. Нет, нас предупреждали, что они бахают. Но что так. А чем они сверкают-то?

– Магния, наверное, запихнули много, а чего – и вас задело, что ли? Говорили же – не смотреть.

Новые гранаты Судоплатов привез перед самым выездом. Хотел, чтобы опробовали, если получится. Вот и подвернулся случай.

– Да, Вано забросил, я-то отвернулся, а он, оказалось, так и смотрел. Когда шибануло, сам заорал – штаны, наверное, намочил.

– Сам ты намочил. Полыхнуло сильно – думал, ослепну. Вот изверги эти наши изобретатели, им бы так.

– Слышь, Вано, они, вообще-то, сами все пробуют всегда, так что их не удивишь.

– Предупреждать надо, что такая сила, и кто из них придумал-то такую хрень?

Я хитро улыбнулся, пожал плечами и промолчал. Ну, его к лешему, а то еще и мне достанется – не объяснишь ведь теперь, что хотел как лучше. Вообще, люди сейчас ко всем новинкам с тревогой относятся, опасаются. Для многих людей в этой войне и автоматы в диковинку были. Не любят люди менять свои устои, а в особенности деревенские жители.

День мы по очереди спали. Меня к наблюдению решили не привлекать. Все время лежал на левом боку, ибо даже на спине было довольно болезненно.

Фронт оказался рядом. То и дело слышалась канонада орудий, над головами пролетали самолеты, как правило – только немецкие.

– Как думаешь выходить, – подсел ко мне Саня Зимин.

– Стемнеет и двинем.