Снайпер

Некоторые, – фыркнул мне в лицо Петрович.

– Александр Петрович, основные повреждения и раны получены уже здесь. От диверсантов досталось. Поэтому и вам навстречу отправились только трое. Причем один из них был ранен в голову…

– Спасибо тебе, Серега! – вдруг прервал мою исповедь Истомин.

– Чего? – удивленно уставился на него я.

– Хрен его знает, где бы я был сейчас, может в Абвере, а может, лежал бы себе на травке и не дышал. Спасибо, и парням передай.

– Да не за что, – смущенно ответил я.

– Есть, поверь есть за что. Как ты догадался, что они не те, за кого себя выдают?

– Честно, Александр Петрович, не сразу.

И скорее я вас должен благодарить за то, что вы меня до сих пор не расстреляли.

– Не понял, я чего-то не знаю?

– Так точно, этот особист, мать его коромыслом, больно дотошный был. Я молчал, сколько мог, но пришлось рассказать, кто я и откуда. Он потребовал подтверждения, я и ляпнул про вас. Видимо, смекнув, что по дороге вас захватить будет легче, он и предпринял попытку. Так что, виноват я, Александр Петрович.

– Да, я не ожидал. Слушай, мы же прорабатывали легенду, в чем прокололись?

– Да парни назвали разные полки, он их сначала попытал.

Они поцапались даже, потом на меня наехал.

– Ясно, ладно, в отчете укажешь все, главное говори, как прошло?

– Отлично, только без косяков я не умею.

– Да зенитку не разглядели, на БТРе под накидкой была. Как у цели голова лопнула, так они и показались. Я так давно не бегал. Но повезло, парни отвлекали грамотно, за собой утащили. Немчура позже хоть и вышла на нашу стоянку, но опять же Зимин с Вано их подчистили. А потом эти предатели начались.

– Чего, правда голова лопнула? – с интересом маньяка спросил Истомин.

– Ага! Только ошметки полетели.

– Сколько выстрелов?

– Два. Мешал там один деятель. Он экскурсию проводил для начальства, а потом закрыл собой цель.

– Другого выбора не было, иначе он бы в дом вошел.

– Молодцы! Но вот из строя выбыли, это крайне плохо. Сегодня уже поздно, а вот завтра отправляемся в Ленинград. Штопать вас надо. Вот ведь гадство, столько работы, а у меня лучшая группа не боеспособна.

– Товарищ старший майор…

– Отставить сопли. Молодцы, что живыми остались. До вас-то вообще никто не возвращался.

– Александр Петрович, мне вот что покоя не дает…

– Говори, – сделал разрешающий кивок Истомин.

– Ну, убрали мы генерала, а с танками как? Они же все равно у немцев остались.

– Нет у немцев никаких наших танков. После смерти Кюхлера их уже вечером погрузили на поезд. В тридцати километрах от места, где вы уничтожили генерала, партизаны мост под этим поездом рванули. Куча техники, что шла в Германию на восстановление, и наши КВэшки улетели в реку.

– А достать их не могут?

– Слишком дорого это встанет. Река там глубокая, берега не укреплены.