Стилет для «Тайфуна»

Прощаться не будем, не за линию фронта отправляешься. В одной дивизии служить будем, еще встретимся.

После этих слов командир протянул Степану руку на прощание. Следом поднялись со своих мест комиссар и начштаба. Попрощались тепло, что-то говорили, Гришин в ответ благодарил, но был немного не в себе. Выйдя от комполка, на автомате дошел до своей палатки. Собрал нехитрый скарб, поместившийся в сидоре, и двинул в парк. Неизвестно откуда, но в роте уже все знали о новом назначении ротного. Через несколько минут вокруг Гришина собралась толпа. Степан шепнул командиру второго взвода, тот подал команду строиться, и через минуту рота стояла перед ним в двухшереножном строю. У Гришина комок встал в горле. В строю было много новичков, занявших места убитых и раненных в последних боях, но рядом с новичками стояли и те, с кем он пробивался из-под Бреста. Их было немного, всего лишь несколько человек, но за эти месяцы боев они стали частью его самого, а он – их частью. Побольше было тех, кто воевал рядом с ним уже в составе 252-го полка. И они уже успели стать практически его семьей. Расставался он сейчас не просто с прежним местом службы, а с частью самого себя и с родственниками. Обведя глазами строй, хриплым от волнения голосом он поблагодарил бойцов за службу и выразил уверенность, что они всегда могут положиться на него, а он на них, если судьба сведет их снова в бою. Рота дружно ответила. Объявил, что за командира роты пока остается командир второго взвода, и отправил роту продолжать регламентные работы на технике. После этого ввел остающегося за него комвзвода-2 в курс дел и дал несколько коротких советов. Затем пожал тому руку и, закинув сидор на плечо, двинулся в расположение танкового полка.

Вечером Гришин после представления командиру полка прибыл в расположение своего батальона, который на этот момент состоял из нескольких десятков человек и шести больших армейских палаток, одна из которых была его новым домом и штабом одновременно. Расположившись за сбитым из плохо оструганных досок столом, он открыл штатное расписание батальона и вслух произнес:

– Ну, приступим! Что тут у нас? Итак, мотострелковый батальон на БМП. Э-э-э, что такое БМП? Где-то слышал. А, вот сноска: БМП-1 – гусеничная боевая машина пехоты… масса… экипаж… бронирование… вооружение… пушка «Гром»… 73-мм. Охренеть! Это ведь танк! Танк, способный перевозить под броней пехоту. Как у Васильева. Только на его машинах было по две пушки – 100-мм и 30-мм. Но и здесь… И еще плавающая машина! Вот почему новый командир полка говорил, что мой батальон – единственный такой во всей РККА. Сколько их в батальоне? Сорок две штуки. Ха-ха! Ну, фрицы! Только бы мне дали до вас добраться! Читаем дальше. Штаб – одиннадцать человек. Должности – вижу.