В теле пацана. Книга 3. Путешествие в Градир

Рисунок лисы сдвинул чуть вправо, затем назад.

— Во, теперь ровно, — говорю пересохшими губами.

Тканью соски потеребил, они тут же выперли. Как же хочу помацать эти сиськи! АААА!! Едва удержался. Тупая не тупая. А по деловым вопросам она рассуждала вполне амбициозно и сознательно.

Усаживается уже задумчивая. Упс, кажется, переборщил.

Присаживаюсь на другую подушку, любуясь бёдрами.

— Ты грустная, — заключаю. — Почему?

Попутно беру кисть и малюю голубым со своего края.

— Вспомнила про папеньку, — отвечает и вздыхает тяжело.

— Мне жаль, — говорю участливо.

— Что не убили его раньше, — выдаёт жёстко и начинает малевать красным цветочек, похожий на розочку.

— Ну да, — соглашаюсь легко. — Гад такой.

— И это ты видел? — Ахает, глаза на меня поднимая.

— Нет, я не всегда ж наблюдаю, только когда дел нет, — брякаю и срочно бровки «пёсьи» строю. — Расскажи, так легче станет. Мы же друзья.

Вздох с содроганием. Вот блин, да что такое? Подскакиваю, обнимая за плечики.

— Когда матушка умерла, он стал меня трогать, как её, — прошептала после недолгой паузы.

Во дела. Обнимаю ещё крепче.

— Но всё позади, меня спасли добрые суккубы.

Отнеслись, как к дочери, научили быть женщиной и управлять такими, как мой отец. Они все похожи на него. Эти герои.

Горло непроизвольно сглатывает слюну. Вот оно что…

— Бедная моя Жози, — шепчу ей на ушко.

— Самая богатая и самая влиятельная, — шепчет в ответ хищно. — Жалеть меня можешь только ты, Аз. Другие поклоняются.

Твою дивизию. Походу, у графини раздвоение личности. Совершенно другого человека слышу.

— А я тебе нравлюсь, как женщина, Аз? — Спрашивает вдруг приподнято и ко мне на коленки перебирается!

Да ещё так нагло.

Ногу перекидывает и ко мне лицом садится, лапками своими шею обвив. Вот и попался. Сиськи в мою твёрдую грудь вдавила и смотрит загадочно. А мне делать ничего не остаётся, как за осиную талию приобнять. А спинка — то крепкая! Дык ещё бы, такой довесок спереди держать с ровной осанкой ещё. Становая тяга — детский лепет в сравнении с этим.

Не успел опомниться, член снова налитой головкой упёрся в трусах. Как бы она своей промежностью горячей шевеления мои не почувствовала! Я ж сказочный герой, а не животное какое.

Всё, млять, контролирую.

Уже успел осмотреть её побрякушки: цепь золотая на шее, браслеты и кольца. Всё в рамках стандартного зачарования и мне знакомого. Легко уберу крупицы в случае чего, сделав всё это бесполезным.

— Что молчишь? — Раздаётся с обидой.

Целую в губы быстрым касанием, и девушка смягчается. Какое счастье, что эти суккубы её целоваться по — взрослому не научили!

— А откуда здесь взялись добрые суккубы? — Спрашиваю, стараясь не показывать особой заинтересованности.