Васильевич. Книга вторая. Князь Серебряный

Сегодня после вечернего намаза Булат Ширин должен через взорванные ворота вернуться к русским воеводам и доложить о ходе переговоров с Сафа-Гераем, которые ведёт для отвода глаз и о ходе сговора с беками и прочими мурзами о подготовке свержения хана и разгроме прокрымской партии. Сразу предупредил карачибек, что не всё просто. Посадить другого хана захотят многие, а вот убивать своих хоть и противников, но родичей, далеко не все. Шесть десятков касимовских лучников он пока с собой не взял. Не пришло ещё время активных действий.

Юрий Васильевич тоже готовился. На одних касимовцев надежды мало, в городе сотни и даже тысячи воев.

Что такое шесть десятков? Крохи. А вот если к ним добавить сто человек с тромблонами, то это уже совсем другое дело. Только нужно их чуть замаскировать. Потому, князь Углицкий переговорил с воеводами и убедил их поделиться трофеями. Нужно сто комплектов дорогой татарской одежды. Пограбили посад Казани русские знатно и национальной одежды (татар милли киемнәре) хватало. Так многого и не надо, сотню казакинов или джилянов (это такие татарские кафтаны, только приталенные) вполне хватит. Нужно всего лишь ратников в город завести незаметно, а потом, как резня пойдёт, уже не до маскировки будет.

Шереметеву и Стародубскому план отрока не нравился, но люди они подчинённые, а вот князь Семён Иванович Телятевский-Пунков, а он, как ни крути, главный главнюк — первый воевода Большого полка, отрока поддержал. Пусть, дескать, татаровья режут друг дружку, чем больше поубивают своих, тем нам меньше достанется, а ежели ещё и получится власть захватить в Казани, и хана поменять, то совсем хорошо. С богом тебя, Юрий Васильевич, действуй, команду я дам пошукают платье татарское в перемётных сумах ратники.

Юрий Васильевич решил с яйцами и не играться. Положил их в три ажнать корзины. Чего на двух останавливаться. Сначала он думал, что наоборот, чем больше будет отряд у Булата Ширина, тем лучше. Но воображение есть. Это слуха нет, а воображение осталось. Он представил себе сто срок человек, крадущихся по переполненному беженцами городу к дворцам беков, ратующих за Крым и вассалитет от Оттоманской Порты. Не хотят люди жить в мире с Москвой. Не торговля нужна, а набеги и потом продажа рабов в Бахчисарай, а там и в Порту.

А вот ответка? Ну, пересидим. Нас за стенами русы не достанут. А посад чернь отстроит. А мы по-прежнему будем ходить в походы на Москву и приводить рабов.

Так вот, на забитых бездомным людом улицам отряд в сто сорок человек, даже одетый под местных, вызовет подозрение и слух быстро достигнет ушей, которые лучше до последнего держать в неведении. Или сбегут или собьются в кучу и попытаются сопротивление оказать. Лучше меньше, да лучше. В этом случае Владимир Ильич прав.