Возвращение

Тот перестал прикидываться и охотно перебрался на кончик моего пальца. – А с точки зрения мага судебного они – кладезь информации. Особенно пауки домовые, вот как этот. Ясно вам?

Лауринь скептически улыбнулся.

– Вы пауков боитесь, что ли? – недоуменно спросила я.

– Не люблю их, – ответил он.

– В следующий раз, как вам взбредет в голову с такой неприязнью смотреть на обычного паучка, наведайтесь в королевский зверинец, – посоветовала я. – И взгляните на паука-птицеяда. Такие на западном архипелаге водятся во множестве. Очаровательные создания, с мою ладонь размером, никак не меньше, птичку размером с воробья ловят легко.

Их в зверинце мышами кормят.

Лауринь немного переменился в лице, видимо, представил себе этого красавца, а я сменила тему:

– Вернемся к нашему разговору. Те пауки, что сетей не ткут, нам малоинтересны. Да и те, что прядут паутину, но живут в лесах и полях, помочь вряд ли чем смогут. А вот домашние пауки… Соткут паутину в углу и сидят, сидят… Лауринь, вы уже поняли, к чему я веду?

– Если рассуждать теоретически, паук должен знать обо всем, что делается в доме, вернее, в той его части, где расположена паутина, – сказал капитан.

– Точно, – усмехнулась я. Дед нынешнего короля любил так развлекаться: подсаживал специально обученных паучков в покои придворных (не собственноручно, конечно, на то имелись придворные маги), а потом во время застолий повторял во всеуслышанье то, о чем придворные шептались по углам. Большой был затейник! – Иногда их используют как шпионов. Кто обратит внимание на паука в углу? Разве только тот, кто их боится… Словом, нам с вами повезло. Если получится, то хоть какую-то малость мы узнаем.

– Значит, его можно допросить? – Лауринь посмотрел на паука уже с заметно большим уважением.

– Не уверена, что получится, это ведь не специально подготовленный паук-шпион, – задумчиво сказала я. – Но вдруг?

– Ничего, просто постойте молча, – попросила я. – Мне нужно сосредоточиться.

Допрашивать пауков мне прежде не доводилось, как это делается, я знала только теоретически. Правда, обучал меня этому искусству дед, а все, чему он меня учил, обычно и на практике выходило преотменно (то ли он был хорошим учителем, то ли я – внимательной ученицей, а скорее, все вместе).

Получилось и на этот раз, хотя сил пришлось потратить немало, даже лошади занервничали, чуя магию.

– Что?.. – отрывисто спросил Лауринь, когда я открыла глаза.

– Да почти ничего, – хмыкнула я. Лоб под косынкой был влажным, руки чуть вздрагивали от напряжения. – Я же говорю, это обычный паук, не шпион. Два обрывка фраз: ваш Зибо открыл дверь и сказал что-то вроде «убедитесь сами», а тот человек ответил «да, вижу, прошу извинить». На этом все; видимо, тут Зибо и получил по голове. Но голос я узнаю, если услышу.