Возвращение

И славно, а то заморенного жеребца никак не получится перепутать с полным сил конем, какого обещал прислать мне нейр Рем, даже и в темноте!

Ах да, сержант Зибо благополучно пришел в себя, но, увы, толком описать того, кто приласкал его чем-то тяжелым по черепу, не сумел. Ему хорошо запомнилась шапка из пышного меха, которую незнакомец надвинул чуть не на нос, красный от мороза, и окладистая рыжая борода. Приметы – лучше не придумать! Борода, скорее всего, фальшивая, а если и нет – сбрей ее, перекрась волосы, и никто тебя не узнает. Еще Зибо припомнил, что у негодяя был густой бас и странноватый говор: букву «р» он произносил как-то не так.

Хоть это заметил, и на том спасибо…

Я могла бы заглянуть в память сержанта, но по здравом рассуждении отказалась от этой идеи. Во-первых, вряд ли я сумею в этом зыбком воспоминании разглядеть нечто большее, чем уже помянутая шапка, красный нос и рыжая борода. Во-вторых, после этакой травмы мое вмешательство может оказаться просто опасным: даже если парень послушается приказа Лауриня и допустит меня в свое сознание, я не берусь предположить, во что это может для него вылиться.

Не то чтобы меня сильно волновало возможное сумасшествие Зибо, но ведь ему служить с Лауринем… С другой стороны, рехнись Зибо, его бы живо выпроводили со службы, но тут, не сомневаюсь, на меня ополчился бы капитан – он ведь проявлял такое участие к судьбе мальчишки! А так бедолага лишился бы разом и умишка, и скудного жалованья… Нет, право, цель не оправдывала возможных последствий… для окружающих!

Лауринь пропадал по своим делам, не сомневаюсь, очень важным. Говорю это без иронии – я уже успела узнать, на каком он счету, и понимала, что какой-то ерундой его не займут.

– Однако вас стало не проще найти, чем меня! – встретила я капитана, когда он все-таки соизволил появиться на моем дворе.

За спиной его маячил сержант Зибо, преисполненный героизма. Из-под шапки виднелся краешек повязки, хотя на кой она сержанту, сказать сложно: рана должна была давно зажить. Не иначе, он собирался производить впечатление на девиц боевыми ранениями и интересной бледностью!

– Простите, госпожа Нарен, – сдержанно отозвался Лауринь, – ваша птица отыскала меня еще три дня назад, но я не мог немедленно прибыть к вам.

Насколько я понял, дело не слишком срочное, поэтому позволил себе…

– Достаточно, прошу вас, – подняла я руки. – Дело действительно не срочное. Пойдемте со мной.

Лауринь отдал поводья своего коня – сегодня он снова был на буланом, видно, хромота его прошла, – сержанту. Тот явно не желал оставаться во дворе с лошадьми, но возражать не посмел.

– Ну, глядите, – весело сказала я, входя в конюшню. – Как вам?

– Недурно, – после небольшой паузы признал Лауринь.

На нас с любопытством смотрели два вороных коня.