Возвращение

От ее силы воздух гудел, не сомневаюсь, даже обычные люди это ощущали!

Еще поворот, и еще – Эрна кружилась на крохотном пятачке в своеобразном танце, взлетали и опускались тонкие руки, летели по внезапно поднявшемуся ветру крылатые рукава и распущенные светлые волосы…

Вот она замерла неподвижно – а вихрь все кружился около нее, все так же развевал волосы, тянул за одежду, закручиваясь все сильнее и сильнее с каждым витком, и когда сила его достигла предела, когда девушка, кажется, начала отрываться от палубы, она снова раскинула руки, запрокинула голову и – закричала, запела…

Пронзительный голос ввинчивался, казалось, прямо в мозг, песня, похожая на крики чаек перед бурей, то взлетала на невозможную высоту, то рушилась в глубины, делаясь почти неслышной, а Эрна все пела, пела, пела!

– Что она творит? – выдохнул мне в ухо Лауринь.

– Это ведьмины приемы! – ответила я, притянув его к себе – вой ветра перекричать я смогла бы только ценой сорванного голоса, корабль раскачивался на волнах, натужно скрипели снасти… – Думаете, легко поднять шторм там, где его быть не должно? Она выкладывается до предела, и если получится… Держитесь!!

Песня достигла предельной высоты, но Эрна не сорвала последнюю ноту, вытянула до конца, и смертельно опасный вихрь, вместо того чтобы разметать «Крылатого» по волнам, взвился ввысь, растворяясь в тревожно нависшем небе. Кого-то ждет незабываемый день, эта распоясавшаяся стихия задаст людям…

Вовремя подоспевший Эрвин подхватил на руки падающую без сил сестру, унес ее в каюту.

– С ней все будет в порядке? – спросил Лауринь, проводив их взглядом.

– Да, – кивнула я, быстро соображая. Раньше бы мне понять! Но и теперь еще не поздно… – Заклятие она не испортила, по ней отдача не ударит. А что до сил – быстро восстановит. У них с братом, считай, один дар на двоих, они друг от друга питаются. Только он может разве что ветер поднять, ну да кое-какие боевые приемы знает, лечить худо-бедно способен, а вот она… Сами видели. Женщины-ведьмы обычно сильнее мужчин.

– Она ведь совсем юная, – капитан покачал головой, то ли осуждающе, то ли растерянно, я не смогла понять.

– Ей чуть за двадцать, я же говорила, – улыбнулась я. Матросы ставили паруса – уж попутный ветер мог обеспечить и Эрвин, да и я бы пособила, если что. – Она еще не вошла в полную силу.

– Страшно подумать, что произойдет, когда это случится, – хмыкнул Лауринь.

– Да ничего, – ответила я. – Ведьмы очень строго относятся к своему ремеслу. Никаких излишеств. Слишком опасно, вы сами видели. Неудавшееся заклятие бьет по хозяину, и чем оно сильнее, тем…

– Я понял, – кивнул Лауринь и поинтересовался зачем-то: – И когда она войдет в силу? С совершеннолетием?

– Нет, – покачала я головой.