Афганский гладиатор

Крымов прервал монолог подчиненного:

– Я понял тебя, Ринат. Оставайся на вершине и внимательно отслеживай обстановку. Мы скоро подойдем к тебе.

Передав трубку штатному связисту, майор по рации малого радиуса действия приказал личному составу группы покинуть позиции и, прикрывая друг друга, переместиться к временному командному пункту у трещины. Офицеры и прапорщики приказ приняли. Спустя десять минут сводная диверсионная группа Фергана собралась возле своего командира.

Ожидая подчиненных, Крымов присел перед предателем Кашниным на корточки:

– Ну что, господин полковник, или, может, моджахеды пожаловали тебе звание генерала, как отработала задачу наша авиация? И где теперь твои духи?

Бывший полковник неожиданно усмехнулся:

– Торжествуешь? Не рано ли? Ты еще на плоскогорье.

Да, признаюсь, «вертушки» сделали свое дело отменно. От их налета вояки Чарани, те, кто остался в живых, естественно, долго еще бежать будут. Но... не все, майор!

Майор наклонился к предателю:

– Ты что-то знаешь, о чем не догадываюсь я! Что именно?

– А ты сам подумай! Ну, побили вы афганцев. Спору нет, поддали им неплохо, но ответь мне, куда, по-твоему, делся Чарани? Он не из тех, кто бросает своих людей.

Ты видел его на плоскогорье? Или твое начальство сообщало что-нибудь о нем? А Чарани где-то рядом. И он от «вертушек» не бегает, он сбивает их. Сейчас не удалось, но Чарани рядом. Так что для тебя и твоих бойцов еще ничего не кончено. Хотя я могу ошибаться. Афганцы мастера принимать решения, не поддающиеся никакой логике.

– Это все, что ты можешь мне сказать?

– Сказать? Все! Просьба есть! Курить хочу. У меня в кармане куртки пачка прелестных американских сигарет. Мне хватит одной, остальные забери, попробуй, что такое настоящий табак, а не наши советские опилки.

– Обойдешься! И мне твои сигареты не нужны. Я предпочитаю наши опилки, когда возвращаюсь на базу!

И вновь оборотень усмехнулся:

– О, майор! До этого еще далеко. Чую, ты не скоро попадешь на базу, если вообще попадешь!

– Понтуешься? Давай! Напоследок разрешаю! Жаль, не увижу, как тебя, подонка, к стенке поставят. Многое отдал бы, чтобы посмотреть, как ты перед расстрелом понтоваться будешь. Впрочем, не будешь. Скорей скулить или выть!

Кашнин пожал плечами:

– Будущее неизвестно никому, кроме Всевышнего! А умирать нам всем придется.

Кому раньше, кому позже!

– Ну-ну! А теперь молчи.

Бойцы ответили вразнобой:

– У меня заноза в ладони. Глубоко вошла!

– Занозу вытащим. Итак! Обстановка такова. На данный момент сил противника, способного противостоять нам, ни на плоскогорье, ни в окрестностях нет. Единственно, при отходе головного вертолета экипаж заметил в «зеленке» со стороны Пахлаба разрозненные и малочисленные группы душманов. Вероятно, остатки банды Чарани.