Афганский гладиатор

Пропустить?

– Нет! Передай, пусть присядет на лавку в курилке, я подойду!

– Есть, товарищ старший лейтенант!

Александр подумал – это Ирина! Но почему она решила прийти ночью в штаб? Что-то у нее случилось? А что могло случиться? Если только на дискотеке кто-нибудь из молодняка обидел? Но что гадать? Сама все расскажет. Старший лейтенант вышел на улицу, приказав помощнику занять место за пультом дежурного. Прошел в курилку, присел напротив любовницы. Он не ошибся, это Люблина пришла к нему.

– Привет, Ира! Что произошло?

Женщина прикурила сигарету, взглянула на Тимохина, и тот понял – любовница изрядно пьяна:

– Ты не рад меня видеть?

– Рад! Я спросил, что случилось?

– Ничего. Просто соскучилась и решила проведать тебя! Одному ночью в части поди скучно? Или эту скуку кто-то разгоняет?

Она выдохнула в сторону старшего лейтенанта струю дыма:

– Так разгоняет или нет?

Тимохин развеял рукой дым:

– Ты пьяна, дорогая! Иди-ка лучше проспись!

Женщина изобразила удивление, что вышло неубедительно. Оно и понятно, выпила никак не меньше полбутылки вина или шампанского. А Люблина и со стакана пива пьянела. Алкоголь действовал на нее быстро и непредсказуемо, иногда вызывал смех, иногда слезы, реже раздражительность и грубость.

– Да, дорогой, я пьяна! Но не от вина, а от любви. Идиотской любви к тебе, которую ты не желаешь замечать. И пытаешься растоптать.

– Ну, понесла! Ира, прошу, иди домой, проспись! Завтра встретимся, поговорим!

– И только-то? Мне нужно большее, нежели разговоры. Мне ты нужен! Весь!

– Хорошо! Будет тебе все, что хочешь!

– Отделаться хочешь? Хотя если ты провожаешь меня к себе домой, то я пойду, чуть позже!

– Нет! Я провожаю тебя не к себе!

Женщина сощурила глаза, светящиеся зовущим, страстным и пьяным блеском:

– Почему не к себе? У тебя дома другая баба? Кто? Уж не машинистка ли ваша?

– Нет! Там должен ночевать Шестак. Один или нет, не знаю!

– Вот как? А я не верю. Возьму и проверю!

– Ты не сделаешь этого!

– Так! Ты зачем пришла?

– Я тебе уже говорила, проведать, потому как соскучилась. И вообще, почему ты груб со мной? Со мной грубым быть нельзя! Меня теперь оберегать и любить надо!

– Прям-таки надо? Скажи еще, необходимо по обязанности! И с чего вдруг?

Люблина выбросила окурок:

– С того, дорогой, что я, вполне вероятно, беременна! А так как последние месяцы спала только с тобой, то и беременна, естественно, от тебя!

Слова женщина сопровождала кокетливыми жестами рук.

– Вот так, Сашенька! Как тебе новость? Ты, конечно же, рад, не правда ли?

– Очень! Однако, что значит «вполне вероятно, беременна»? Ты не уверена в этом?

– Ну, это не важно! В понедельник проверюсь, и диагноз подтвердится.