Аккадская формула

Таким образом, любой символ – это предмет, явление или же изображение, как тот же кадуцей Гермеса, наделенное особым смыслом, не имеющим ничего общего с его физической природой. Вы изучали астрологию, насколько я понял, не так ли?

– Да, в гимназии у нас был небольшой кружок любителей этой науки, но я и по книгам училась немного.

– Отлично, – кивнул Альфред, – Вас не удивлял тот факт, что Солнце, которое во вселенной в сотни миллионов раз массивнее Луны, при этом в астрологии, по своей, так сказать «силе» почти равно ей. Почему так?

– Ну, это, наверное, какая-то иная плоскость бытия… – неуверенно ответила Сандра.

– Именно! Лучше и не скажешь! В астрологии – это всего лишь символы, и в рамках этой дисциплины не имеет ни малейшего значения, какая из планет массивнее, которая из них дальше и так далее. Символ – это смысл, находящийся вне нашей реальности, если хотите. Он, как бы проводник из нашей реальности в некую иную.

– Так что же тогда влияет на человека? Ведь астрологические описания вполне неплохо работают, я сама убеждалась много раз.

– Ничего не влияет! В том-то и дело! Более того, если бы влияло, это было бы главным противоречием божественному замыслу, ведь человек сотворен по образу и подобию божьему, а представить себе, что на бога кто-то влияет, просто невозможно, вы согласны? Я здесь имею в виду не физическое воздействие, а нечто, что контролирует поступки, и, в конечном итоге – всю дальнейшую судьбу.

– Согласна, – кивнула Сандра, – но как же это тогда работает?

– Я не знаю точно. Я лишь догадываюсь, что планеты никоим образом на людей не влияют, и никем не управляют, они лишь указывают. Сказать, что планеты и светила управляют людьми, все равно, что сказать, будто маяк управляет кораблем, а градусник поднимает и опускает температуру за окном. Астрология – это один из богатейших символических языков, при помощи которого сама вселенная предлагает нам тот или иной план действий, предупреждает о наступлении благоприятных или тяжелых периодов. А уж как пройти этот период – дело исключительно самого человека и его свободной воли.

– Вот как? Значит, вы и в судьбу не верите? – удивилась Сандра.

– Нет, представьте, не верю. Вы ведь сами упоминали работы Лейбница. Так вот именно он ввел принцип бесконечного многообразия мира. Другими словами, существует множество вариантов будущего, теоретически – бесконечное множество. Но есть варианты более вероятные и менее, и таковыми делаем их мы сами, своим настоящим. Я, правда, не очень понимаю, как с идеей бесконечного многообразия сочетается его идея о времени, как о некоем потоке, в котором уже существует прошлое, настоящее и будущее, но это, видимо, другая тема.