Американский таблоид

Личная записка: Роберт Ф. Кеннеди — Кемперу Бойду.

Касательно Уорда Литтела: мой ответ — категорическое «нет». Я получил от мистера Гувера рапорт, написанный, возможно, не без доли пристрастия, в котором Литтел изображается алкоголиком с «левыми» симпатиями. Мистер Гувер приложил к нему доказательства случаев получения мистером Литтелом взяток от членов чикагского преступного сообщества. По моему мнению, это оспаривает достоверность упомянутой тобой информации о профсоюзе и мафии.

Я понимаю, что Литтел — твой друг, как признаю и то, что одно время он действительно усердно на нас работал.

Но, говоря откровенно, мы не можем позволить нашим нынешним сотрудникам ни малейшего намека на запятнанную репутацию.

На этом предлагаю закрыть вопрос о Литтеле. Однако вопрос о твоей должности в администрации Кеннеди остается открытым, и, полагаю, ты будешь доволен тем, что вновь избранный президент и я хотим тебе предложить.

С наилучшими пожеланиями.

Личное письмо: Эдгар Гувер — Кемперу Бойду.

Примите мои троекратные поздравления.

Во-первых, за великолепную тактику уклонения. Во-вторых, за отличную идею с Мэрилин Монро — даже я на какое-то время в нее поверил.

Что за миф вы создали! Если повезет, он даже может занять достойное место в «Пантеоне замочной скважины» журнала «Строго секретно».

В-третьих, не могу не воскликнуть «Браво!» по поводу вашего нового назначения разъездным советником министерства юстиции. Из собственных источников я узнал, что вы будете заниматься нарушениями избирательных прав чернокожего населения в южных штатах. Как это вам подходит! Теперь вы сможете завоевать доверие негров с «левыми» убеждениями так же успешно, как это у вас вышло с «правыми» кубинцами!

Полагаю, что вы наконец нашли свое призвание.

Мне нелегко даже и представить более подходящую работу для человека вашей политической терпимости.

Надеюсь, у нас еще будет шанс поработать вместе. Остаюсь искренне ваш.

(Нью-Йорк, 20 января 1961 года)

Он понял, что она плакала. Ее макияж совсем раскис от слез.

Кемпер вошел в прихожую. Лора судорожно вцепилась руками в полы халата и отстранилась от него.

Он протянул ей небольшой букет:

— Я еду на инаугурацию. Меня не будет несколько дней.

Она не обратила на цветы никакого внимания.

— Я догадалась. Не ради же меня ты нацепил этот смокинг.

— Меня не пригласили. Зато пригласили кое-кого из моих соседей. За то, что они внесли десять тысяч в фонд предвыборной кампании Джека.

Ее тушь растеклась. И вообще вид у нее был не самый лучший.

— Вернусь через пару дней. Тогда и поговорим.

Лора указала на комод:

— В верхнем ящике — чек на три миллиона долларов. Он мой, если я больше никогда не появлюсь в жизни семейства.

— Ты можешь его разорвать.

— Я не могу ответить на этот вопрос.