Ангел тьмы

 — Сейчас уже не изготавливают таких вещиц. Этот ларец эпохи королевы Виктории — антикварный, он очень ценный.

Положив шкатулку на колени, я стала рассматривать серебряное зеркальце, щетку для волос, гребень, две хрустальные пудреницы с узорчатыми крышечками и два флакона для духов, выполненные в том же стиле. Глядя на все эти вещицы, я вспомнила, как в возрасте десяти лет впервые открыла чемоданчик своей матери, с которым она пришла в Уиллис. Сейчас он хранился в стенном шкафу моей спальни, и внутри него лежал почти такой же туалетный набор.

Мне вдруг стало не по себе от этого страшного переплетения настоящего и прошлого. Ведь Тони знал, что Джиллиан уже подарила мне один туалетный набор. Зачем же мне, в таком случае, второй? Странная догадка пришла мне в голову, и я пожалела, что не дала Трою возможность сообщить мне нечто важное, на чем он так настаивал.

В тот же вечер после ужина, дождавшись, когда Тони и Джиллиан легли спать, я пробралась через лабиринт в коттедж, где застала Троя расхаживающим по комнате с задумчивым видом. Обрадованный моим появлением, он радушно улыбнулся, и на душе у меня потеплело.

— Они вернулись, — выпалила я, едва переступив порог и захлопнув за собой дверь. — Видел бы ты, сколько вещей мне надарили. Этой одежды хватило бы на дюжину студенток.

— У тебя озабоченный вид, — заметил Трой. — Чем ты так расстроена?

— Я готова тебя внимательно выслушать, — сказала я. — Пусть даже это будет мне и не совсем приятно слышать.

— Тебе что-то сказал Тони?

— Нет, ничего особенного. Он поинтересовался, как я тут без них проводила время, но ни словом не обмолвился о тебе. Мне это показалось странным. Тони держался так, словно тебя вообще не существует, чем напугал меня.

— Тогда слушай меня внимательно и не задавай вопросов, пока я не закончу. Все это очень серьезно!

Трой начал говорить, и, глядя на него, я поняла, что он пытается объяснить мне нечто такое, в чем сам еще до конца не разобрался.

— Дело совсем не в том, что я, как тебе кажется, не люблю тебя, Хевенли. Я безумно тебя люблю, и не подумай, что я говорю все это, чтобы как-то оправдать свое нежелание жениться на тебе. Я лишь пытаюсь помочь тебе найти способ, как уберечь себя.

Пока я ровным счетом ничего не понимала из того, что он говорил, но решила набраться терпения и молча выслушать до конца.

— Твой характер и твоя воля вызывают во мне одновременно и восхищение, и зависть. Ты по натуре борец, готовый сражаться до последнего ради поставленной цели. Я же на своем печальном опыте давно убедился, что не отношусь к людям такого сорта. Характер человека формируется в детстве, и я точно знаю, что вы с Томом сделаны из более прочного сплава, чем я, потому, что суровое детство закалило вас.