Ангел тьмы

Я всегда буду рядом с ним и стану защищать Троя от всех его страхов и предчувствий, которые каким-то таинственным образом, как я в этом теперь убедилась сама, всегда сбывались.

— Послушай, Хевен, — шептал мне Трой уже много дней спустя, лежа на больничной кровати. — Тебе не нужно ждать моего полного выздоровления. Кризис миновал, я обязательно поправлюсь и окрепну, а ты можешь уже теперь отправляться в свое путешествие. Ведь я знаю, как тебе не терпится поскорее увидеться с родными, особенно с Кентом и Нашей Джейн. — И чем больше он убеждал меня в этом, тем сильнее проникалась я ощущением, что мне действительно нужно спешить, иначе произойдет нечто непоправимое.

— Ты оставляешь его? — закричал Тони, когда я сообщила ему, что собираюсь на некоторое время уехать. Я побоялась рассказать ему правду о причинах и целях этой поездки, опасаясь, что он попытается задержать меня. — Именно теперь, когда он так нуждается в тебе, ты не придумала ничего лучше, чем отправиться в Нью-Йорк за свадебным нарядом? Что за дурацкая затея! Ведь ты мне обещала, что станешь для него спасением!

— Я люблю его, Тони, люблю, но Трой сам настаивает, чтобы я начала готовиться к нашей свадьбе. Ведь опасность для его жизни уже миновала, не так ли?

— Да он всю жизнь будет в опасности, пойми ты это наконец! — с тоской воскликнул Энтони. — Может быть, лишь когда у него родится сын, он избавится от навязчивой мысли о том, что ему не суждено оставить после себя потомство.

— Ты любишь его, — прошептала я с благоговением, увидев боль в его синих глазах. — Ты на самом деле его любишь.

— Да, я его люблю. Я нес всю ответственность за его жизнь с семнадцати лет, я сделал все, что мог, для своего младшего брата. Я женился на Джиллиан, которая была на двадцать лет старше меня, хотя она и обманула меня, сказав, что ей не сорок, а тридцать. По своей юношеской наивности я верил, что она на самом деле такая, какой казалась тогда, — добрейшая, нежнейшая и прекраснейшая женщина на свете. Лишь много позже я понял, что она невзлюбила Троя с первого же взгляда. Но было слишком поздно что-либо менять, потому что к тому времени я уже влюбился, самым тупым, безумным и идиотским образом влюбился в нее.

Он уронил голову на руки и негромко произнес:

— Хорошо, Хевен, поступай как знаешь, я не стану тебе мешать, потому что ты все равно сделаешь по-своему. Только имей в виду, если ты хочешь выйти за Троя, тебе следует вернуться как можно скорее. И ни в коем случае не привози с собой никого из своих деревенских родственничков! — Он многозначительно посмотрел на меня. — Да, малышка, мне все известно, и вовсе не от Троя. Я не так уж глуп и доверчив, как тебе кажется, моя милочка. — Он оскалился в дьявольской улыбке.